11-14-69002 а/Ц Милюгина Е.Г. 2011

Руководители грантов представляют результаты

Модераторы: admin, svg

11-14-69002 а/Ц Милюгина Е.Г. 2011

Сообщение Elena Milyugina » 02 апр 2012, 14:47

ТВЕРСКОЙ КРАЙ В ЗАПИСКАХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ XVI–XX ВЕКОВ

Руководитель проекта:
Е. Г. Милюгина, д-р филол. наук, доцент Тверского государственного университета
e-mail: elena.milyugina@rambler.ru

Основные исполнители проекта:
М. В. Строганов, д-р филол. наук, профессор Тверского государственного университета;
С. А. Васильева, д-р филол. наук, доцент Тверского государственного университета;
А. А. Петров, аспирант Тверского государственного университета.

Первый этап работы над проектом

Инновационная идея проекта — собрать и впервые в российской науке систематизировать свод путевых записок о Тверском крае, написанных путешественниками XVI–XX вв., и на их материале исследовать образ Тверского региона в исторической ретроспективе, пространственной динамике, движении системы ценностей.

Практические результаты первого этапа исследований: впервые в отечественной науке создан свод тверских травелогов XVI—XX вв.; подготовлены материалы первого раздела хрестоматии «Тверской край в записках путешественников XVI—XX вв.» для учащихся средних общеобразовательных школ; подготовлены материалы первого раздела монографии «Тверской край в записках путешественников XVI—XX вв.» для методического оснащения вузовского курса «Литературное краеведение».

Предложения по внедрению и использованию результатов проекта:
1. издать и внедрить в учебный процесс хрестоматию «Тверской край в записках путешественников XVI—XX вв.» (часть 1: XVI — начало XIX в.) в виде приложения к учебнику «Русские писатели и Тверской край» (Тверь, 2009), используемому по решению Департамента образования Тверской области в средних общеобразовательных школах в качестве учебного пособия по литературному краеведению;
2. издать и внедрить в учебный процесс монографию «Тверской край в записках путешественников XVI—XX вв.» (часть 1: XVI — начало XIX в.) в качестве учебника по дисциплине «Литературное краеведение», изучаемой на гуманитарных факультетах ТвГУ и других вузов региона, что будет способствовать совершенствованию подготовки специалистов по литературному краеведению и социокультурному регионоведению.
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 14 июл 2012, 11:27, всего редактировалось 10 раз(а).
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

Данные по апробации и основным публикациям проекта

Сообщение Elena Milyugina » 04 апр 2012, 11:18

Результаты проведенных в 2011 г. научных исследований по проекту опубликованы в 10 статьях [1—10], в числе которых 1 статья — в издании, рекомендованном ВАК [8]:

1. Васильева С. А. Путешествие П. С. Палласа по Тверской губернии // Родная словесность в современном культурном и образовательном пространстве: сб. тр. междунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. — Вып. 2 (8). — С. 162—166.
2. Милюгина Е. Г. «Ручной дорожник…» И. Ф. Глушкова в контексте русской литературы путешествий рубежа XVIII—XIX веков // Труды ВИЭМ. Новоторжский сборник. — Торжок: ВИЭМ, 2012. — Вып. 4 (в печати).
3. Милюгина Е. Г. Образ Тверского края в «Путешествии Екатерины II в полуденный край России в 1787 году» // Вторые Конкинские чтения: сб. материалов Всероссийской научной конференции с международным участием (29−30 сентября 2011 г., г. Саранск) / отв. ред. М. В. Мосин. Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2011. С. 158—163.
4. Милюгина Е. Г. «Каникулы 1844 года» А. И. Ишимовой и «Ручной дорожник» И. Ф. Глушкова: Из истории формирования русской детской литературы путешествий // Детская литература и воспитание: сб. тр. междунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. — Вып. 8. — С. 209—216.
5. Милюгина Е. Г. Травелоги Н. М. Карамзина и формирование дискурса русской литературы путешествий первой трети XIX века // Карамзинский сборник. — Остафьево, 2012. — Вып. 3 (в печати).
6. Милюгина Е. Г., Иванова А. С., Касимова А. Б. Города Тверского края в книге И. И. Колышко «Очерки современной России» (1887) // Родная словесность в современном культурном и образовательном пространстве: сб. тр. междунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. — Вып. 2 (8). — С. 172—178.
7. Милюгина Е. Г., Касимова А. Б. Тверской край в книге К. К. Случевского «По Северу России» (1886) // Родная словесность в современном культурном и образовательном пространстве: сб. тр. междунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. — Вып. 2 (8). — С. 166—172.
8. Милюгина Е. Г., Строганов М. В. Принципы изучения «тверских» травелогов XVI–XX веков // Вестник Тверского государственного университета. — 2011. — № 18. — Серия «Филология». Вып. 3. — С. 37—43.
9. Петров А. А. Фольклор путешественников и туристов (по материалам архива Центра тверского краеведения и этнографии ТвГУ) // Родная словесность в современном культурном и образовательном пространстве: сб. тр. меж¬дунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. — Вып. 2 (8). — С. 185—189.
10. Строганов М. В. Экскурсия в системе краеведческих исследований и преподавания литературного краеведения // Родная словесность в современном культурном и образовательном пространстве: сб. тр. междунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. — Вып. 2 (8). — С. 181—185.

Результаты проведенных исследований представлены авторским коллективом в докладах на международных, всероссийских и региональных научных конференциях, в том числе:

1. Родная словесность в современном культурном и образовательном пространстве: международная научная конференция. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011;
2. Традиции и новации в подготовке и деятельности педагога: всероссийская научная конференция. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011;
3. Детская литература и воспитание: международная научная конференция. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011;
4. Тверской край и современное общество: региональная научная конференция. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011;
5. Николай Михайлович Карамзин и его творчество в контексте развития отечественной и зарубежной культуры: всероссийская научная конференция. Государственный музей-усадьба «Остафьево» — «Русский Парнас», 2011;
6. Михаил Васильевич Ломоносов. Единое пространство науки и образования. 1711—2011: всероссийская научно-практическая конференция. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011;
7. Музейные чтения: краеведческая региональная научная конференция. Торжок: Всероссийский историко-этнографический музей, 2011.

Данные о результатах исследований размещены в сети Интернет на сайте Российского гуманитарного научного фонда в формате комплексной информационной системы РГНФ.
Апробация материалов исследования на научных форумах получила положительную оценку научного сообщества и СМИ (Бойцов С. О богатыре, двоеженце и жестоком романсе // Тверская жизнь. 2011. № 208. 15 нояб.).
Результаты первого этапа проекта положительно оценены в отзыве (экспертном заключении) заместителя директора Всероссийского историко-этнографического музея, канд. филол. наук В. В. Кузнецова.
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 09 июл 2012, 13:59, всего редактировалось 3 раз(а).
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

Васильева С.А. Путешествие П.С.Палласа по Тверской губернии

Сообщение Elena Milyugina » 15 июн 2012, 20:43

Васильева С. А. Путешествие П. С. Палласа по Тверской губернии // Родная словесность в современном культурном и образовательном пространстве: сб. тр. междунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. — Вып. 2 (8). — С. 162—166.

С. А. Васильева
Тверь
ПУТЕШЕСТВИЕ П. С. ПАЛЛАСА ПО ТВЕРСКОЙ ГУБЕРНИИ*

Петр Симон Паллас (1741—1811) — знаменитый путешественник и натуралист. Он учился в Германии, Голландии, Великобритании; в 1760 г. защитил докторскую диссертацию по медицине, затем приводил в порядок естественно-исторические коллекции в Лейдене, посетил Англию, изучая ботанику и зоологию. В 1767 г. Паллас был приглашен Екатериной II в Санкт-Петербург в качестве адъюнкта Академии наук и коллегии асессора. По ее же указу он предпринял путешествие в центральную область России — районы Нижнего Поволжья, Прикаспийской низменности, Среднего и Южного Урала, Южной Сибири (Алтай, Байкал и Забайкалье), результаты которого опубликовал в работе «Путешествие по разным провинциям Российского государства» (Ч. 1—3, 1773—1788) [П. С. Палласа, доктора медицины, профессора натуральной истории и члена Российской императорской академии наук… путешествие по разным провинциям Российской империи. Ч. 1—3. СПб.: Имп. академия наук, 1773—1788. Далее текст цитируется по ч. 1 этого издания (СПб., 1773)]. Коллекции, собранные во время этого путешествия, легли в основу собраний академической кунсткамеры, а часть их попала в Берлинский университет. В 1777 г. Паллас был назначен членом топографического отдела Российской империи, в 1782 г. — коллегии советником, в 1787 г. — историографом адмиралтейской коллегии. В 1793—1794 гг. Паллас посетил Поволжье, Северный Кавказ, жил в Крыму. В. И. Вернадский писал о нем: «Паллас отличался <…> широтой своих научных интересов, попытками научного, глубокого творчества в области искания обобщений в наблюдательных науках, <…> колоссальной работоспособностью и точным владением вечными элементами научного метода» [Вернадский В. И. Очерки по истории Академии наук // Труды по истории науки в России / Сост. М. С. Бастракова, В. С. Неаполитанская, Г. А. Фирсова. М.: Наука, 1988. С. 223—224]. «Пётр Семёнович», как называли его в России, — автор более 170 печатных работ, в том числе книги «Флора России», многочисленных трудов по зоологии, палеонтологии, ботанике, этнографии и т. д. Именем Палласа названы вулкан на Курильских островах и риф у Новой Гвинеи, а также многие растения и животные.
Многочисленные путешествия Палласа по России объяснялись тем, что Екатерина II активно интересовалась устройством и богатствами своей империи. Идея комплексного исследования страны с целью выяснения ее геологических, минералогических, животных и растительных ресурсов, а также выявления исторических, социально-экономических и этнографических особенностей отдельных ее регионов возникла у императрицы после завершения собственного путешествия по Волге от Твери до Симбирска в 1767 г. По ее распоряжению были организованы несколько «астрономических» и «физических» отрядов. «Физическая» экспедиция состояла из пяти небольших отрядов — трех в Оренбургскую губернию и двух в Астраханскую. Паллас руководил основным отрядом (1-м отрядом Оренбургской экспедиции), в состав которого входили капитан Н. П. Рычков, гимназисты Н. П. Соколов, В. Ф. Зуев и А. Вальтер, рисовальщик Н. Дмитриев и чучельник П. Шумский.
Маршрут отряда Палласа проходил в первый год по городам Петербург — Новгород Великий — Тверь — Клин — Москва — Владимир — Касимов — Муром — Арзамас — Пенза — Симбирск — Самара — Ставрополь — Симбирск.
В общей инструкции по программе исследований Палласу поручалось описать свойства вод, почв, способы обработки земли, состояние земледелия, распространенные болезни людей и животных и найти средства к их лечению и предупреждению, а также изучить пчеловодство, шелководство, скотоводство, особенно овцеводство. Затем должно было обратить внимание на минеральные богатства и минеральные воды, на искусства, ремесла, промыслы каждой провинции, на растения, животных, на форму и внутренность гор и, наконец, на все отрасли естественной истории. Кроме того, поручалось заняться географическими и метеорологическими наблюдениями, астрономически определять положение главных местностей и собрать все, касающееся нравов, обычаев, верований, преданий, памятников.
Действительно, уже первая местность, которую посетил Паллас в Тверской губернии, Вышний Волочек, изображается не только с точки зрения состава почвы или богатства флоры и фауны — исследователя интересует и расположение города, и быт его жителей: «Сие село уподобляется величиною городку, а в такое приращение пришло оное посредством соединяющего близ находящиеся реки Тверцу и Мсту канала. Из Волги отправляемый по сему каналу в Ладожское озеро судовый ход сделал тамошних пахотных мужиков по большей части купцами, и потому мало имеют там попечения о хлебопашестве». После Вышнего Волочка Паллас проезжает плоскую и безлесную землю, что с сожалением и отмечает, а за ней — сухую сосновую рощу, усыпанную бесчисленным множеством кремней. Эти камни он описывает детальнейшим образом: «Сии кремни цветом желтоваты, серы или беловаты, и некоторые из них рудожелты, а все расколоты квадратно. В хлябях находят много таких кремней, у которых в ноздринах сидят белые или красноватые кварцовые хрусталики, а по большей части находятся в них всякие окаменелые морские тела. Особливо много кругловатых полосатых фунгитов, которые отчасти сидят кусочками в кремнях, а отчасти около лежат круглыми шарами, величиною с человечью голову и больше». Далее следуют многочисленные подробности об «ентрохах», «астеривах», «хамитах», «пектункулитах» и т. д. Изложенная научным языком, эта «кремниевая» терминология непонятна и скучна для широкого читателя, однако несомненно актуальна для специалистов: всегда важно понимать, насколько изменяется состав почвы с течением времени, каково направление этих изменений, а «Путешествие» Палласа является наиболее подробным описанием подобного рода, относящимся к XVIII в.
В этой же местности Паллас отмечает и богатство растительности: например, в сосновой роще за Вышним Волочком «появилась трава золотушник, которая с полевым чистяком от сего места до Волги находится почти во всех лесах». Но и растительность, в соответствии с заданием императрицы, рассматривается с точки зрения возможности ее практического применения: «Как здесь на сухом месте, так и на болотинах во всей России растет много двулистных кокушкиных слез, и можно бы сию траву собирать для аптек вместо салапного корня»; кроме того, встречается много «волчьих ягод, которые во многих местах, а особливо в Казанской губернии, называются толокнянки, и с великою пользою употребляются в кожевных заводах, потому что сафьян и другие тонкие кожи оным гораздо скорее и лучше выделываются».
В Новоторжском уезде Паллас увидел землю «худую и песчаную», в которой «находятся только тощие песчаные пастбища или пустыши без засева, на которых местами растут сосновые кустарники». Но поскольку Тверца, на которой стоит город, впадает в Волгу, то путешественник тут же находит прибыльный промысел для местного населения: «на сей тощей земле можно бы развести весьма прибыточный сосновый лес, потому что легко бы было оный сплавливать в другие места водяным путем».
Вокруг Медного уже нет елового леса; Паллас описывает не только лучшую пахотную землю, но и другой способ ее обработки: «не видать уже Финской бороны, а находится такая, какую далее во всей России употребляют, а именно: по паре жердочек связывают прутьями накрест, вколачивают в прутяные кольца у креста зубья, и позади каждого ряда оных привязана еще третья жердочка, чтобы зубья не кривлялись».
В этой же местности путешественник удивился способу добывания льда, который и описал: «При Медном впадает в Тверцу малая речка, текущая по ту сторону села по низкому тиноватому месту. Здесь мы видели, что жители вдоль речки вырубали лед из-под тиноватой земли, чего бы я никогда не стал искать на таком от солнца нимало не закрытом месте. Без сомнения жители по случаю спознали свойство сего места, где осенью дерн подымает вода, которая под оным замерзает, и сей чистый в земле затверделый ледяный череп не тает почти до исхода лета. На тиноватом дне лежат ледяные глыбы, толщиною от четырех вершков до аршина, а по большей части в три четверти аршина под дерном. Как поверх, так и под оными глыбами земля мягка и не мерзла, и термометр в оной показывал 135 градусов, во время которой умеренной стужи лед обыкновенно не тает в глубоких колодезях и погребах».
Приятно поразил Палласа вид губернского города Твери: он «пришел в удивление, увидев состоявшее из развалин худых деревянных хижин место, переменяющееся ныне в знатный и по наилучшим правилам вкуса построенный город. Другая новость была здесь — первый вид Волги и того берега, с которого Достославная основательница сего нового города изволила сесть на суда, к путешествию по сей реке назначенные. Там было множество садков с разною в Волге находящеюся рыбою, которую в Санкт-Петербург, а по Оке в Москву обыкновенно возят живую».
Паллас отмечает, что после Твери Волга становится «уже нарочито велика» и течет между высокими иловатыми берегами. До Городни он увидел много селений, несмотря на неплодородную песчаную почву. Из растений Паллас отметил много молочая вдоль высоких берегов. Зато чуть дальше, после села Завидова, путешественники ехали через «приятный березовый и сосновый лес», в котором летало множество насекомых, особенно поразило Палласа разнообразие бабочек: белых, дневных, вечерних, ночных, пестрых, черных и желтых.
Научные результаты палласовской экспедиции превзошли все ожидания. Во время путешествий Паллас собрал и впоследствии обработал географические, геологические, ботанические, зоологические, этнографические и другие материалы; открыл и описал много новых видов млекопитающих, птиц, рыб, насекомых, исследовал ископаемые остатки буйвола, мамонта. Был собран уникальный материал по зоологии, ботанике, палеонтологии, геологии, физической географии, экономике, истории этнографии, культуре и быту народов России.
Для современной науки огромное значение имеет и тот факт, что Паллас описывал территорию России, когда она практически еще не испытала «преобразующего» воздействия человека, была населена видами животных, многие из которых исчезли уже через несколько десятилетий. Труды Палласа были высоко оценены современниками и стали источником ценнейшей и детальнейшей информации о ресурсах Российской империи того времени.
_______________________
* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ и Администрации Тверской области в рамках научно-исследовательского проекта «Тверской край в записках путешественников XVI—XX веков», проект № 11-14-69002а/Ц.
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 15 июн 2012, 21:18, всего редактировалось 1 раз.
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

Милюгина Е.Г. «Ручной дорожник…» И.Ф.Глушкова

Сообщение Elena Milyugina » 15 июн 2012, 20:51

Милюгина Е. Г. «Ручной дорожник…» И. Ф. Глушкова в контексте русской литературы путешествий рубежа XVIII—XIX веков // Труды ВИЭМ. Новоторжский сборник. — Торжок: ВИЭМ, 2012. — Вып. 4 (в печати).
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 15 июн 2012, 21:19, всего редактировалось 1 раз.
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

Милюгина Е.Г. «Путешествие Екатерины II»

Сообщение Elena Milyugina » 15 июн 2012, 20:52

Милюгина Е. Г. Образ Тверского края в «Путешествии Екатерины II в полуденный край России в 1787 году» // Вторые Конкинские чтения: сб. материалов Всероссийской научной конференции с международным участием (29−30 сентября 2011 г., г. Саранск) / отв. ред. М. В. Мосин. Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2011. С. 158—163.

УДК 821.161.1.09(470.331)(075.3/.8)
ОБРАЗ ТВЕРСКОГО КРАЯ В «ПУТЕШЕСТВИИ ЕКАТЕРИНЫ II В ПОЛУДЕННЫЙ КРАЙ РОССИИ В 1787 ГОДУ»*
Милюгина Е.Г., доктор филологических наук / доцент

Тверской государственный университет
г. Тверь, Россия, elena.milyugina@tversu.ru

Путешествие Екатерины II, предпринятое в 1787 г. как обозрение материальных и духовных ресурсов Российской империи и описанное в книге «Путешествие ее императорского величества в полуденный край России» [5], неоднократно становилось предметом описания в сочинениях отечественных и зарубежных историков. В конце XVIII в. оно явилось темой записок участников вояжа секретаря императрицы А.В. Храповицкого [6] и французского посланника Л.-Ф. Сегюра [4], составленных по свежим впечатлениям от поездки. В XIX в. наблюдения и заметки разных авторов относительно представительского вояжа Екатерины II были обобщены А.Г. Брикнером [1; 2] и Г.В. Есиповым [3]. Исследователи более позднего времени в основном оперировали материалами, собранными А.Г. Брикнером и Г.В. Есиповым, и, как правило, не выходили за рамки сложившегося в их трудах собственно исторического метода. При этом внимание концентрировалось на факте посещения Екатериной II южных губерний России, которое представлялось главной и чуть ли не единственной целью путешествия; поездка же императрицы по западным и центральным губерниям фактически не была ни проанализирована, ни даже описана.
В результате выборочного подхода к материалу историческая значимость путешествия Екатерины по просторам империи оказалась сниженной, а социокультурное содержание этого путешествия – искаженным. А между тем в культурной истории Европы путешествие Екатерины стало акцией, беспрецедентной по географической широте, числу участников, стоимости и времени нахождения в пути. Предпринятая со 2 января 1787 по 11 июля 1787 г., поездка длилась в итоге более полугода. Маршрут был следующим: Луга – Великие Луки – Смоленск – Новгород-Северский – Чернигов – Киев – Екатеринослав – Херсон – Перекоп – Бахчисарай – Севастополь – Ак-Мечеть – Карасубазар – Судак – Старый Крым – Феодосия – Геничи – Мариуполь – Таганрог – Нахичевань-на-Дону – Черкасск – Азов – Бахмут – Белгород – Обоянь – Курск – Орел – Мценск – Тула – Серпухов – Москва – Клин – Тверь – Торжок – Вышний Волочек – Новгород – Санкт-Петербург; всего на 5657 верст, в том числе 446 по воде [2, с.2–3]. Екатерину II сопровождали придворные, представители иностранных дипломатических миссий, которые были приглашены в путешествие, и прислуга. На границе каждой губернии кортеж встречал и провожал до границы следующей губернии губернатор и чиновники. На каждой станции царский поезд ожидало от 500 до 600 свежих лошадей [2, с.7–8].
Представленные в «Путешествии…» материалы, касающиеся посещения Екатериной II самых разных российских городов и провинций, требуют специального изучения и в связи с современными процессами регионализации России. Сегодня мы становимся свидетелями преобразования социокультурного пространства России из монокультурного в поликультурное, гетерогенное. Этот процесс основан на внимании к уникальности и самобытности составляющих страну регионов и их истории. Регионы становятся объектом пристального внимания исследователей разных специальностей: экономисты занимаются хозяйственно-экономической спецификой региона, географы — административно-территориальной, краеведы — историко-культурной, культурологи — культурно-цивилизационной и т. д. Однако литературные образы регионов на сегодня практически не исследованы.
Книга «Путешествие ее императорского величества…» представляет собой оригинальный путеводитель-дневник, изданный специально для участников путешествия Екатерины II. В предисловии отмечается цель книги: «Всех городов, знаменитых рек, местечек и достойных замечания урочищ, через путешествие сие последовать имеет, предполагается здесь географическое и историческое краткое описание» [5, с.2]. Таким образом, описания представительского вояжа Екатерины по России, представленные в «Путешествии…», дают богатейшие социокультурные и этнографические материалы для исследования литературных образов российских регионов. Это касается и литературного образа Тверского края, который является главным предметом настоящей статьи.
Маршрут путешествия Екатерины и ее свиты, возвращавшихся из «полуденных краев» России в Санкт-Петербург, проходил через Тверь, Торжок и Вышний Волочек. Эти города и описаны в «Путешествии…».
Описание Твери открывается общим очерком города, включающим и его градостроительную характеристику: «Главный город Тверского наместничества в 566 верстах от Санкт-Петербурга, стоит при реке Волге, при впадении в нее с левой стороны реки Тверцы; а с правой Тьмаки. Расположен он по ровному и красивому месту, в длину простираясь на 4, а поперек на 2 версты, и разделяется омывающими его реками на четыре части: Городовую, Затьмацкую, Заволжскую и Затверецкую, из коих первая заключает в себе крепость, из земляного валу состоящую, и наилучшее строение» [5, с.123].
Приведенная далее статистика позволяет читателю реконструировать в своем воображении образ Твери конца XVIII в.: город «регулярно выстроен и по большему числу каменных домов, может почесться из лучших российских городов. Сверх двух монастырей и 39 церквей, из коих две только деревянные, находятся в нем: Императорский дворец, губернаторский, вице-губернатор¬ский, архиерейский и комендантский домы, семинария, гостиный двор, дворянское училище, градская школа, сиротский дом и множество каменных домов, частным людям принадлежащих» [5, с.124].
Справка об истории возникновения города сопровождается описанием его современной жизни, занятий и промыслов: «Купечество сего города весьма зажиточно. Главный торг их состоит в закупке пеньки и хлеба в низовых и украинских городах, которой они отправляют водой на барках к Санкт-Петербургскому порту; а притом в самом городе торгуют разными товарами» [5, с.125]. Главная мысль этого описания – включенность Твери в экономическую и социокультурную жизнь России – чрезвычайно важна для XVIII в. Еще более важным аргументом участия тверитян в социально-экономической жизни империи становится указание на великий волжский путь, берущий свое начало в Тверской губернии: «Протекающая под сим городом река Волга есть наивеличайшая по всей России. В древние времена называлась она Ра, а от татар Идел, что вообще значит большую и богатую реку, какова и в самом деле она есть в рассуждении отправляемого по ней водоходства и доставления сюда из отдаленнейших мест российских произведений. Она вытекает в Тверском наместничестве из-под деревни Волгино Верховье и впадает под Астраханью более нежели 60 устьями в Каспийское море. Течение ее даже до впадения в нее реки Камы простирается на востоке, а оттоле до устья склоняется к югу. Всей же долготы ее по разным излучинам будет более 4000 верст» [5, с.125–126]. Собственно целью путешествия Екатерины и было установление или активизация подобных связей между российскими провинциями, поэтому подтверждение их активного функционирования исторически важно.
В описании градостроительного решения Торжка большее внимание уделено историческому образу города, утраченному им ко времени создания книги: Торжок – «Окружный город Тверского наместничества, в расстоянии 63 верст от Твери; стоит на реке Тверце, коей он и ручьем Здоровцом разделяется на три части: на Градскую, Борисоглебскую и Затверскую. Расположен по гористому и возвышенному месту и в древние времена укреплен был земляным валом, а на нем построена была каменная стена с башнями, которых развалины и поныне видны» [5, 126–127].
Как и в случае с описанием Твери, составители «Путешествия…» отдают дань вкладу императрицы в строительство и возрождение из пепла обоих городов после постигших их грандиозных пожаров. Современная же статистика уездного Торжка такова, что он может быть поставлен в один ряд с некоторыми губернскими городами России: «Наилучшим из его строений почитается гостиный двор, в коем 111 лавок каменных. Сверх сего находятся в нем: два монастыря, мужеской называемый Борисоглебским, в коем учреждена школа для обучения священно- и церковнослужительских детей, и другой женский; соборная церковь, примечательная своей древностью, построенная в 1364 году; 23 приходские и градская школа для купеческих и мещанских детей» [5, с.127]. Примечательно, что помимо культовых строений и помещений для торговли в обоих списках указаны учебные и благотворительные заведения: училища, школы и детские приюты.
Повествование об истории Торжка более развернуто, нежели краткая справка из истории Твери: «Когда и кем город сей <Торжок> основан хотя точно определишь и не можно, однако древность его утверждается достоверным происшествием, ибо основатель Борисоглебского монастыря, в сем городе находящегося, преподобный отец Ефрем жил в начале XI века при князьях российских Борисе и Глебе, по убиении которых пришел он в Торжок, бывший и тогда уже многолюдным, и основал сей монастырь, архимандритом в нем поставлен. Торжок, состоя во владении новгородцев, был пограничным их городом и от них отдаван был разным князьям. Во времена же военные первой по смежности подвергался опасности и был осаждаем и разоряем не только от них, но от литвы и татар, а особливо в 1238 от Батыя, который, по двунедельной осаде взяв его, велел всех жителей истребить. Наконец вместе с новгородцами в 1478 году великим князем Иоанном Васильевичем покорен Российской державе и был управляем царскими наместниками» [5, с.128–129]. Это объясняется тем, что история богатого Торжка, стоявшего на важнейших торговых путях и потому бывшего всегда предметом зависти и вожделения соседей, оказалась неразрывно связанной с историей Российской державы в целом.
История Вышнего Волочка, который еще недавно был ямом, не так величественна и богата событиями. Однако и он чрезвычайно важен для империи своими историческими связями с российскими городами: «Окружный город Тверского наместничества лежит во 126 верстах от Твери при реке Цне. Место сие учреждено городом в 1772 году из прежде бывшего Вышневолоцкого яму. Наименование свое получил он оттого, что до сделания Тверецкого шлюза и канала привозимые по Тверце-реке мелкими судами и полубарками товары от пустыни Николы Столпа перевозились сухим путем и, по нагрузке в Вышнем Волочке на пригоняемые по реке Цне суда, осташевками называемые, отправлялись уже далее водой, во отвращение чего сделан канал, по имени сего города Вышневолоцким именуемый, по которому все барки, с Волги по Тверце идущие в Цну-реку, пропускаются беспрепятственно» [5, с.129–130].
Именно эти связи, в понимании составителей книги, и стали основой для современного процветания города: «Купечество сего города богато, и некоторые из них торгуют хлебом, салом и пенькою, и хотя число в нем живущих и не весьма велико, но летом наполнен он бывает иногородними купцами и работниками, проходящими на барках к Санкт-Петербургскому порту» [5, с.130].
Описания, сделанные авторами «Путешествия…» для пополнения сведений высокопоставленных путешественников о посещаемых ими городах, вынужденно статичны. Другими они и не могли быть в книге 1780-х гг., когда жанр путеводителя еще только зарождался в отечественной литературе. Как известно, первый занимательный путеводитель по городам империи – «Ручной дорожник» И.Ф. Глушкова – вышел лишь в 1801 г. Однако статичные описания успешно дополняются заметками из «Журнала…» А.В. Храповицкого.
Так, А.В. Храповицкий подробно повествует о торжественной встрече Екатерины и ее свиты представителями Тверского наместничества на границе Московской и Тверской губерний: «В 8 верстах от Завидова, при реке Шоше, разделяющей губернию Московскую и наместничество Тверское, получил отпуск московский губернатор, генерал-майор Лопухин, и встретили всемилостивейшую государыню правящий должность генерал-губернатора новгородского и тверского, генерал-поручик Архаров, правитель Тверского наместничества генерал-майор Осипов и губернский предводитель дворянства бригадир Карабанов с уездными предводителями и тверскими дворянами» [6, с.129]. Не менее живописно изображение встречи императрицы широкими массами тверитян: «При приближении к губернскому городу начался при церквах колокольный звон и пальба из пушек, на валу поставленных; у ворот Триумфальных стояли присутствующие губернского и городового магистрата, городской глава с купечеством и цеховые по сторонам дороги с значками их управ; у дома, училищами занимаемого, были дворянские питомцы и ученики народного училища при их учителях. Пред собором Преображения Господня вышли на встретение вице-губернатор статский советник Лазарев, все чиновники правления, палат и прочих судов. Тут преосвященный Иосаф, архиепископ Тверской и Кашинский, препроводя ее величество в церковь и отправя молебствие, говорил речь с изъяснением истинной приверженности подданных к монархине, ознаменовавшей великими делами двадцатипятилетнее царствование свое» [6, с.130].
Интересно, что, по замыслу составителей и издателей «Путешествия…», подобные заметки должны были стать органической частью этой книги. Именно для них на каждом развороте имелась специальная чистая страница, где спутник императрицы мог записывать свои наблюдения.
Таким образом, текст «Путешествия…» вкупе с дополняющими его материалами «Журнала…» А.В. Храповицкого, а также других дневников, путевых записок и «заметок на полях», сделанных участниками путешествия, позволяет реконструировать образ Тверского края конца XVIII в. Само же «Путешествие Екатерины II в полуденный край России» стало прецедентом в плане возникновения жанра дорожника, специально посвященного представительскому вояжу. Развитием этого жанра в дальнейшем стал «Ручной дорожник» И. Ф. Глушкова, впервые изданный в связи с коронацией Александра I и посвященный супруге государя Елизавете Алексеевне, которая должна была совершить поездку из Санкт-Петербурга в Москву на эту церемонию. Общая цель обеих книг — знакомство монарха со страной. Обе книги внесли большой вклад в развитие жанра русского травелога, запечатлевшего историю страны в живом ее культурном развитии.
___________________________
* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ и Администрации Тверской области в рамках научно-исследовательского проекта «Тверской край в записках путешественников XVI–XX веков», проект № 11-14-69002а/Ц.

Библиографический список
1. Брикнер, А.Г. Путешествие императрицы Екатерины II в Крым [Текст] // Исторический вестник. – 1885. – Т. 21. – С. 5–23, 242–264, 444–509.
2. Брикнер, А.Г. Путешествие императрицы Екатерины II в полуденный край России в 1787 году [Текст] // Журнал Министерства народного просвещения: спец. оттиск. – СПб.: Тип. В.С. Балашева, 1872. – 51 с.
3. Есипов, Г.В. Путешествие императрицы Екатерины II в южную Россию в 1787 г. [Текст] // Киевская старина. – 1891. – Т. XXXII. – C. 98–118; T. XXXIII. – C. 215–231, 402–421.
4. Сегюр, Л.-Ф. Записки о пребывании его в России в царствование Екатерины II [Текст]. – СПб.: Тип. В.Н. Майкова, 1865. – 386 с.
5. Путешествие ее императорского величества в полуденный край России, предприемлемое в 1787 году [Текст]. – СПб.: Тип. Горного училища, 1786. – 149 с.; карты.
6. Храповицкий, А.В. Журнал высочайшего путешествия ее величества государыни императрицы Екатерины II, самодержицы всероссийской, в полуденные страны России в 1787 году [Текст]. – М.: Универ. тип. у Н. Новикова, 1787. – 137 с.
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 15 июн 2012, 21:28, всего редактировалось 2 раз(а).
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

Милюгина Е.Г. «Каникулы 1844 года» А.И.Ишимовой...

Сообщение Elena Milyugina » 15 июн 2012, 20:55

Милюгина Е. Г. «Каникулы 1844 года» А. И. Ишимовой и «Ручной дорожник» И. Ф. Глушкова: Из истории формирования русской детской литературы путешествий // Детская литература и воспитание: сб. тр. междунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2012. — Вып. 8. — С. 209—216.

Е.Г. Милюгина
Тверь
«КАНИКУЛЫ 1844 ГОДА» А. И. ИШИМОВОЙ И «РУЧНОЙ ДОРОЖНИК» И. Ф. ГЛУШКОВА: ИЗ ИСТОРИИ ФОРМИРОВАНИЯ РУССКОЙ ДЕТСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ПУТЕШЕСТВИЙ*

Статья посвящена анализу путевых записок А. И. Ишимовой «Каникулы 1844 года», описывающих переезд компании юных путешественников из Санкт-Петербурга в Москву. Главное внимание уделено проблеме восприятия культуры Тверского края жителями столицы. Сравнение травелога А. И. Ишимовой и ее источника — «Ручного дорожника» И. Ф. Глушкова — позволяет понять, как в русской детской литературе формировался жанр травелога.
The article analyzes the A.I. Ishimova’s travel notes «Holidays in 1844», describing the young travelers’ journey from St. Petersburg to Moscow. The main attention is given to Tver region’s perceptions by capital residents. The comparison of A.I. Ishimova’s travelogue and its source — the I.F. Glushkov’s «Handy Roadbook» — allows to understand how a travelogue genre was formed in Russian children’s literature.
Ключевые слова: литература путешествий, жанр травелога в детской литературе, А. И. Ишимова, И. Ф. Глушков, Тверской край, свое/чужое, столица/провинция

* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ и Администрации Тверской области в рамках научно-исследовательского проекта «Тверской край в записках путешественников XVI–XX веков», проект № 11-14-69002а/Ц.

Русская писательница, педагог и переводчик А. И. Ишимова (1804/1805—1881) вошла в историю отечественной детской литературы как автор «Истории России в рассказах для детей» (1837—1840) — книги, заслужившей высокую оценку самого Пушкина. Это не единственное сочинение Ишимовой: она обладала завидной работоспособностью, а ее оригинальный талант был многогранен. Писательница издавала два ежемесячных детских журнала: «Звёздочка» (1842—1863) и «Лучи» (первый журнал «для девиц») (1850—1860). Из ее художественных произведений наиболее известны «Рассказы старушки» (1839) и книга для чтения в приютах «Колокольчик» (1849); из учебных книг — «Священная история в разговорах для маленьких детей» (1841), «Первое чтение и первые уроки для детей» (1856—1860), «Рассказы для детей из естественной истории» (1877), «Рассказы из Священной истории для крестьянских детей» (1878). Ишимова много переводила с французского и английского языков: в частности, именно ей принадлежат первые переводы на русский язык приключенческих романов Фенимора Купера.
В ряду выявленных и подробно изученных к настоящему времени сочинений Ишимовой, традиционно упоминаемых в современных историко-литературных справочниках, незаслуженно забытыми оказались путевые записки «Каникулы 1844 года» [2]. В книге описывается поездка группы путешественников из Санкт-Петербурга в Москву, предпринятая с познавательно-развлекательной целью. Главное внимание уделено конечной цели путешествия — знакомству с древней столицей России и ее достопримечательностями. Значительную часть записок составляет описание Тверской губернии, чрезвычайно интересное и важное для тверского литературного краеведения.
Рассказ о путешествии ведется от первого лица. Дама, выступающая основным субъектом речи, — фигура безусловно автобиографическая, поэтому дальше я буду называть ее Ишимовой-повествовательницей. Она путешествует с родственниками, среди которых дядюшка Николай Дмитриевич — большой знаток старины, тетушка Ольга Дмитриевна — любительница старинной культовой архитектуры и дети Лиза и Валериан. Введение личного повествователя придает запискам черты достоверности, а обращения автора к героям и читателю моделируют ситуацию непосредственной включенности реципиента в происходящее в книге.
Впечатления от поездки Ишимова изложила в форме писем повествовательницы к своей сестре, и потому может показаться, что заметки носят сугубо частный характер и написаны лишь по случаю. Однако это иллюзия — в одном из писем писательница делает принципиально важную оговорку: «Я описываю тебе, милая сестрица, все города, которые мы проезжаем, с такою подробностью, что я думаю: журнал мой может служить твоим детям вместо географического урока» [2: 84—85]. Следовательно, по замыслу автора, «Каникулы 1844 года» не что иное, как рассказы для детей из географии.
Замечу, что в творческой биографии Ишимовой, неразрывно связанной с ее педагогической деятельностью, рассказы для детей из географии логично следуют за рассказами для детей из истории России и продолжаются рассказами для детей из естественной истории. Примечательно, что вкупе с рассказами для детей из Священной истории они составляют своеобразный комплект учебных книг, написанных в занимательной художественной форме и адресованных юным читателям.
Поскольку в случае с рассказами для детей из истории России источник известен — это знаменитая «История государства Российского» Н. М. Карамзина, то и в случае с рассказами для детей из географии естественно предположить наличие некоего источника, успешно апробированного к 1840-м гг. во взрослом чтении и послужившего основой для создания его облегченной детской версии. Самым популярным у путешественников первой трети XIX в. был «Ручной дорожник» И. Ф. Глушкова [1], и наличие параллельных мест в «Ручном дорожнике» и «Каникулах 1844 года» убеждает в том, что именно эта книга стала источником путевых записок Ишимовой.
Информационная насыщенность и занимательная форма «Ручного дорожника» Глушкова способствовали его небывалой популярности уже с первого издания (1801). Его брали в дорогу и те, кто ехал по казенной надобности, и те, кто совершал образовательное турне, и те, кто отправлялся в развлекательное путешествие вместе с детьми во время каникул. Таким образом, «Ручной дорожник», не являясь собственно детской книгой, постепенно становился частью детского и семейного чтения по географии России: изучение его предваряло каникулярную поездку из Санкт-Петербурга в Москву и сопровождало ее. Поэтому решение Ишимовой написать по его материалам аналогичный занимательный дорожник для детей было вполне оправданным и востребованным русским обществом того времени.
Выбор Ишимовой «Ручного дорожника» в качестве источника рассказов для детей из географии связан не только с его популярностью, но и с уникальностью его структуры и жанровой природы. В «Ручном дорожнике» совместились два жанра — дорожник и городской путеводитель. Оглавлением текста стал перечень городов и станций по маршруту Санкт-Петербург — Москва, а сами главки превратились в развернутые путеводители по городам, расположенным на почтовом тракте. В таком построении книги отчетливо проявилась оригинальность замысла: маршрут путеводителя Глушкова включал не только столицы, как это было в непосредственно предшествовавших ему справочниках В. Г. Рубана [4; 5] и Л. Максимовича [3], но и губернские и уездные города, до того времени не привлекавшие внимания в качестве предмета специального описания, если не считать единственного прецедента — «Путешествия Екатерины II в полуденный край России» [6] — книги, в отличие от перечисленных выше, не предназначенной для широкого читателя. Для тверского исследователя принципиально важно, что значительная часть справочника включает едва ли не впервые составленные отечественным литератором описания городов Тверского края, расположенных на тракте: Вышнего Волочка, Торжка и Твери, а также характеристики тверских дворянских усадеб, ямов и селений, где располагались почтовые станции: Выдропужска, Медного, Воскресенского, Городни, Едимонова и др. Естественно, что эти же населенные пункты представлены в «Каникулах 1844 года» Ишимовой — ведь маршруты обоих путешествий совпадали.
Подробно описывая каждый город, Глушков обращал внимание читателя на его архитектурные памятники, уникальные инженерно-технические сооружения, народные промыслы, костюмы, нравы и говор жителей и т. д. Находя в каждом населенном пункте нечто удивительное и необычное, он делал это предметом особого интереса, меняя ракурсы изображения и эмоциональную окраску рассказа, а порой и передоверяя повествование разным субъектам речи. Главные города маршрута были представлены и на гравюрах работы С. Ф. Галактионова, выполненных специально для второго издания книги (1802). Подобные же композиционно-стилистические приемы использует и Ишимова, но ее книга лишена иллюстраций, очевидно, в целях удешевления издания для большей доступности его покупателям.
Опыт адаптации взрослых книг для юного читателя у Ишимовой к 1840-м гг. уже был, и довольно успешный — «История России в рассказах для детей». Однако «История» Карамзина не требовала перелицовки и модернизации, а «Ручной дорожник» — книга не столько художественная, сколько функциональная — за сорок лет, прошедшие со времени его создания, заметно устарел и потому нуждался в существенной переработке. Поэтому, опираясь на материалы справочника Глушкова, Ишимовой необходимо было ввести в путеводитель для юношества современный, познавательный, развивающий личность материал.
Диагностика преемственности между «Каникулами 1844 года» и «Ручным дорожником» ценна не сама по себе, а в связи с теми возможностями интерпретации текста, которые она открывает.
Прежде всего параллельный анализ текстов, посвященных одному и тому же предмету, но разделенных во времени четырьмя десятилетиями, позволяет уяснить историческую динамику описанной в них действительности. В социокультурном отношении интересно не только материальное изменение пространства, но и то, как изменились за сорок лет приоритеты внешнего наблюдателя: какие предметы остались в поле его зрения как уникальные памятники места, какие перестали пользоваться интересом, став привычными и обыденными, а какие, возникнув в качестве новых объектов действительности, привлекли внимание своей необычайностью.
Так, наличие водного пути между Москвой и Санкт-Петербургом, столь удивлявшее современников Глушкова — недаром в «Ручном дорожнике» ему уделено несколько страниц развернутых описаний [1: 101—109], остается характерной приметой Вышнего Волочка и в путевых записках Ишимовой: «Вообще от Валдая до Вышнего Волочка видно много воды, то на одной, то на другой стороне дороги, а иногда и на обеих в одно время. Заметно, что приближаешься к месту главных водяных сообщений наших» [2: 83]. Однако в отличие от Глушкова, не преминувшего объяснить читателю понятия волок, шлюз и бейшлот, представить историю создания вышневолоцкой водной системы и нарисовать подробную карту связанных ею речных маршрутов, Ишимова оставляет эти сведения за рамками повествования — для ее поколения это уже не ново, а потому неинтересно. «Не расспрашивай меня, — пишет она сестре, — о подробностях этого важного для нас водяного сообщения: если ты знаешь, что главная цель этого канала соединить воды Невы с водами Волги, — то и этого довольно» [2: 84].
Обобщенная характеристика Ишимовой Торжка — по сути сокращенный пересказ соответствующего очерка Глушкова. Обзорные сведения о Торжке, его связях с городами России и товарах, которыми он торгует, необходимы для первого знакомства с городом, и потому их приходится повторить в почти неизменном виде. На фоне привычной картины города ярко выделяется новый объект, которого в год написания книги Глушкова еще не было. Это недавно построенная гостиница Пожарских — единственное в городе сооружение в стиле ампир. Первая гостиница Пожарских — двухэтажное здание первой половины XIX в. в стиле безордерного классицизма, с эркерами на флангах фасада и характерными сандриками над окнами, — была увековечена Пушкиным:

На досуге отобедай
У Пожарского в Торжке,
Жареных котлет отведай
И отправься налегке.

Эта гостиница находилась на набережной реки Тверцы, в родовом доме Пожарских в Ямской слободе. Путешественники же Ишимовой посещают другое здание: оно построено Д. Е. Пожарской в начале 1840-х гг. уже специально как гостиничное. Его экстерьер и интерьер, с их претензией на столичный изыск и лоск, петербургские гости оценивают достаточно критически: «Вообрази, милая сестрица, высокие и огромные залы, с окнами и зеркалами такого же размера, с самою роскошною мебелью; все диваны и кресла эластически мягки, как в одной из лучших гостиных петербургских, столы покрыты цельными досками из цветного стекла, занавесы у окон кисейные с позолоченными украшениями. Но хозяйка не выдержала до конца характера изящной роскоши, какой хотела придать своим комнатам: все это великолепие окружено стенами, не только необитыми никакими обоями, но даже довольно негладко вытесанными. Такая беспечность имеет в себе что-то оригинально русское» [2: 86]. Однако путешественники отдают должное пожарским котлеткам — кушанью, которое прославило гостиницу по всему петербургско-московскому тракту: «Быть в Торжке и не съесть пожарской котлетки кажется делом невозможным для многих путешественников. <…> Мы все нашли, что они достойно пользуются славою: вкус их прекрасный» [2: 86]. Традиция при посещении Торжка непременно съесть пожарскую котлету и купить изделие новоторжских златошвей Глушкову была неизвестна — она возникла позже, в пушкинское время, и потому для путешествия 1844 г. актуальна.
В описании Твери, помимо видов Волги, большое место занимают Императорский дворец, улица Миллионная и цепочка тверских площадей. Эти объекты называл и Глушков, но в связи с именем Екатерины II, много способствовавшей возрождению города после пожара 1763 г. Упоминает о них и Ишимова, но главный интерес ее описания связан уже не с XVIII, а с XIX в.: «Еще не прошло 50-ти лет после царствования Екатерины, а у нас уже не только давным-давно ездят в Москву по прекрасному шоссе, но уже скоро будет железная дорога» [2: 90]. Однако и вчерашняя современность Ишимовой буквально на ее глазах становится достоянием истории: «…я не могла не подивиться, как глубока бездна прошедшего. Как быстро скрывается в ней все, что поглощает она, и как незаметно и самые свежие жертвы принимают в ней один образ с теми, которые уже давно-давно лежали на мрачном дне. Не чудно ли, что великая княгиня Екатерина Павловна, которой прелесть еще памятна для многих, живущих ныне, и император Александр, о котором вся Европа еще говорит как о своем недавнем спасителе, и, наконец, Карамзин, еще, можно сказать, живут среди нас красноречивыми страницами своей истории, что они — еще так недавно живые и современные нам — в неумолимом прошедшем стоят в такой же дали от нас, как и те, которые расстались с землею за несколько столетий прежде них» [2: 91]. Описываемые в путеводителе материальные предметы не только изменили свой вид и статус — они насыщены теперь иными ассоциациями, иной памятью, и писательница спешит передать эту переживание истории своим юным спутникам.
Еще один важный фактор сравнительного анализа двух травелогов заключается в том, что материал, отобранный Ишимовой для детского чтения, демонстрирует определенные педагогические установки предлагаемой в книге системы образования и воспитания, выявляя ее познавательные, нравственные и эстетические ориентиры, — то, что не входило в задачи Глушкова. Поэтому сравнение книги, написанной для детей, с текстом-источником позволяет выявить применяемые Ишимовой методы и приемы адаптации материала для детского чтения.
Один из приемов подачи материала, применяемый автором «Каникул 1844 года», — структурирование текста: один уровень — общее знакомство, другой — специальное знание; один — для детей, второй — для взрослых. Так, вышневолоцкую водную систему Ишимова описывает в общих чертах, упоминая при этом, что обо всех подробностях этого явления можно узнать у знатока — дядюшки Николая Дмитриевича, и он тут же включается в повествование и дополняет ее лаконичный рассказ необходимыми сведениями.
Другой прием — введение в повествование занимательных этнографических деталей. Одна из них — описание празднества в честь славянского языческого бога Ярила: «Праздник состоял в том, что выбирали одного человека, украшали его разными цветами, лентами и колокольчиками, надевали ему на голову высокой колпак, также обвитый лентами, и возили с плясками по саду Тресвятскому и по берегам маленькой протекающей в нем речки Лазури» [2: 94]. Другая — описание народных костюмов и обычаев, в частности гостьбы — девичьего гулянья: «…около двадцати молодых женщин и девушек, в богатых платьях, замечательных по самой странной смеси старых и новых мод, шли весело, разговаривая между собою и не обращая никакого внимания на встречавшихся им» [2: 94]. Третья — наблюдение за диалектной речью: «Нас очень смешила молоденькая девушка, дочь хозяина той гостиницы, в которой мы обедали. Мы слышали, как она пела, и так уморительно выговаривала иные слова, что Валериан записал их и хочет позабавить ими Анюту, когда воротится в Петербург. Везде, где только у нас “ять”, они ставят “и”, а где “е” — так у них “я”. И вот оттого и выходят такие слова: “бясида” вместо “беседа”; “дивушка” вместо “девушка”; “лито” вместо “лето”, а иные слова трудно понять, так она коверкает их» [2: 84].
Приобщение к локальной культуре осуществляется Ишимовой и через предметы местного промысла: «Приятная прогулка сделала чай наш необыкновенно вкусным; Николай Дмитриевич приказал приготовить нам к этому чаю, кроме булок, еще разного рода пряников, которыми славится Тверь. Сколько вкусов, столько и разнообразие форм этих пряников стоят своей славы: в иных и не разберешь, что за фигурки они представляют; в других можно видеть разных рыбок, рыжики, какие-то коронки городские, горох, крупу и наконец, просто коврижки» [2: 95].
Наконец, книга отражает специфику детского внимания и восприятия не только опосредованно, через систему установок взрослых, но и непосредственно — в репликах, поступках, эмоциональных движениях детей: конечно, они записаны взрослым, но зафиксированы им с натуры, с установкой на документальную точность. Да и сама Ишимова проявляет необычайную чуткость к постигаемой новой культуре: «Я уже не один раз заметила во время путешествия нашего, что во всяком местечке, даже в самом неважном и, по-видимому, непривлекательном, можно найти что-нибудь интересное — стоит только искать его, а не смотреть на все глазами равнодушными, как делает большая часть путешественников» [2: 94].
Принцип чуткого отношения к открываемой читателям локальной культуре и принцип эмпатии, погружения в новое, стали в середине XIX в. основой для становления русской детской литературы путешествий. В этом ряду «Каникулы 1844 года» Ишимовой явились одним из первых опытов, реализовавших основные черты жанра детского травелога.
_____________________________
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Глушков И. Ф. Ручной дорожник для употребления на пути между императорскими всероссийскими столицами. — СПб.: тип. Имп. Академии наук, 1801; Изд. 2-е, испр. и умнож. — СПб.: Имп. типография, 1802.
2. Ишимова А. И. Каникулы 1844 года, или Поездка в Москву. СПб.: тип. Имп. Академии наук, 1846. Частично републ.: ВИКА: Вышневолоцкий историко-краеведческий альманах. — Вышний Волочек, 2001. — № 4. – С. 83—95.
3. Максимович Л. Путеводитель к древностям и достопримечательностям московским. — М.: тип. В. Окорокова, 1792.
4. Рубан В. Г. Историческое, географическое и топографическое описание С.-Петербурга от начала заведения его с 1703 г. по 1751 год... — СПб.: [тип. Воен. коллегии], 1779.
5. Рубан В. Г. Описание императорского столичного города Москвы. — СПб.: тип. Х. Ф. Клеэна, 1782.
6. Путешествие ее императорского величества <Екатерины II> в полуденный край России, предприемлемое в 1787 году. — СПб.: тип. Горного училища, 1786.
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 15 июн 2012, 21:31, всего редактировалось 2 раз(а).
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

Милюгина Е.Г. Травелоги Н.М.Карамзина и формирование...

Сообщение Elena Milyugina » 15 июн 2012, 20:55

Милюгина Е. Г. Травелоги Н. М. Карамзина и формирование дискурса русской литературы путешествий первой трети XIX века // Карамзинский сборник. — Остафьево, 2012. — Вып. 3 (в печати).
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 09 июл 2012, 13:58, всего редактировалось 2 раз(а).
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

Милюгина Е.Г., Иванова А.С., Касимова А.Б. И.И.Колышко

Сообщение Elena Milyugina » 15 июн 2012, 20:56

Милюгина Е. Г., Иванова А. С., Касимова А. Б. Города Тверского края в книге И. И. Колышко «Очерки современной России» (1887) // Родная словесность в современном культурном и образовательном пространстве: сб. тр. междунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. — Вып. 2 (8). — С. 172—178.

Е. Г. Милюгина, А. С. Иванова, А. Б. Касимова
Тверь
ГОРОДА ТВЕРСКОГО КРАЯ В КНИГЕ И. И. КОЛЫШКО «ОЧЕРКИ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ» (1887)*

Обращение к книге И. И. Колышко «Очерки современной России» чрезвычайно важно для тверского краеведения и отечественного регионоведения. Эти забытые страницы истории нашего края поистине увлекательны и содержат в себе ценный исторический материал, представленный талантливым журналистом и путешественником.
Иосиф (Иосиф-Адам Ярослав) Иосифович Колышко (1861—1938) был человеком с явными авантюристическими наклонностями. Он пробовал себя как прозаик, драматург, публицист, критик. В сентябре 1882 г. он был причислен к Министерству внутренних дел, тогда же начал печататься в газете «Гражданин». С октября 1889 г. — чиновник особых поручений 4-го класса, член Совета и заведующий хозяйственным отделом Министерства путей сообщения. В 1894 г. он оставил службу из-за подозрения в вымогательстве взяток, но в начале 1900-х гг. вернулся к государственной деятельности, поступив на службу чиновником особых поручений при Министерстве финансов. Колышко достиг заметного положения в коридорах власти, вступал в рискованные предприятия с акциями, был доверенным лицом С. Ю. Витте, участвовал в думских играх, в 1916 г. вел малоизвестные переговоры в Стокгольме с представителями Германии о сепаратном мире. К 1930-м гг. его следы затерялись в Европе, где он и умер.
Литературное наследие Колышко в целом имеет публицистический характер, нередко со скандальным оттенком. Интересна его литературная критика, свободная от социологизирования, которым увлекались многие его современники и предшественники. Актуален для своего времени его цикл «Маленькие мысли», написанный на рубеже XIX–XX веков с лейтмотивом: «Мы родились в дурной час и развились в переходную эпоху».
Внимание к кризисным явлениям переходного периода отличало Колышко с юности и выразилось уже в первой его крупной работе «Очерки современной России» [Колышко И. И. Очерки современной России. СПб.: Тип. тов-ва «Общественная польза», 1887. Далее ссылки на это издание даны в тексте]. В этой книге он описал свое путешествие по Тверской, Ярославской и Костромской губерниям, предпринятое в 1880-е гг. и отразившее его живой интерес к культуре, науке, экономике и социальной жизни людей. Большое внимание в «Очерках…» уделено Тверской губернии, и главными объектами внимания писателя стали Тверь, Торжок, Ржев, Вышний Волочек, Осташков, Нилова Пустынь.
Очерки Тверской губернии у Колышко начинаются с описания артелей сыроварения Н. В. Верещагина. Николай Васильевич Верещагин (1839—1907) — российский общественный деятель, просветитель, сельский хозяин-практик — известен как «отец вологодского масла» (которое при жизни Верещагина именовалось «Парижским») и создатель первых русских сыроварных и маслодельных артелей, технологий производства и доставки сливочного масла. Он был старшим братом художника В. В. Верещагина. Н. В. Верещагин проживал в с. Городня Тверской губернии; здесь же он организовал и сыроваренное производство. Колышко был весьма любознательным молодым человеком, и в верещагинских артелях его интересовало буквально все — от жизни и быта крестьян до технологии производства масла и сыров. Колышко с восторгом отзывается о внешнем виде села: «Избы все чистые с наружной резьбой, выкрашенные. Вид людей бодрый, одежда целая даже на ребятишках со здоровыми румяными лицами, целыми кучами со смехом и визгом отворявших нам в каждом селе ворота. Просто любо смотреть» (с. 2). Благополучие и здоровье крестьян журналист считает показателем успешности задуманного сыроделом предприятия.
Радует путешественника и прием, оказанный ему самим хозяином — Н. В. Верещагиным. Описывая сыроварни и маслобойни, Колышко очень точно рассказывает о процессе производства — кажется, ни одна деталь не ускользает от его взора. Вызывают у него интерес и другие хозяйственные постройки: погреба, ледник, скотный двор, свинарник. Не осталась без внимания и коммерческая сторона дела, и, поскольку Верещагин ничего не скрывал от своего гостя, вся эта информация дошла до нас в мельчайших подробностях. Отдавая должное предприимчивости хозяина, Колышко ценит в нем и другие таланты: «Вообще, личность самого Н.В. — одна из симпатичнейших. По первому взгляду на его лицо, в его глаза, при первых звуках этого мягкого, высокого голоса, чувствуешь, что он должен быть очень и очень добр. День, проведенный в его обществе и еще в обществе его брата, знаменитого художника, показался особенно приятным. Я давно не испытывал такого отрадного впечатления. Глубокий и положительный ум одного брата и легкое остроумие, грация, художественность в речи другого — сквозили все время в их речи, и мы болтали о многом и долго» (с. 10).
На следующий день после посещения верещагинских артелей Колышко отправился в Отрочь монастырь — один из древнейших монастырей Твери. Описав географическое положение монастыря, писатель обращается к его истории и пересказывает известную легенду об основателе обители отроке Григории, его невесте Ксении и князе Ярославе Ярославиче. Попутно Колышко приводит информацию и о значимых деятелях русской истории, имена которых связаны с Отрочем монастырем, — Максиме Греке и святителе Филиппе Московском. Описания же монастырского быта, монашеской жизни он не дает, ограничиваясь всего несколькими предложениями: «Монастырь обширен и красив, особенно с противоположной стороны Волги. В церкви Успения не сохранилось никаких более предметов старины. Живопись на стенах и иконы принадлежат уже к новейшему периоду. Иконостас очень высок и богато вызолочен» (с. 12).
Затем Колышко посетил один из древнейших монастырей Тверской земли — Желтиков мужской монастырь. Поскольку к настоящему времени от этой обители осталось лишь несколько построек, заметки, сделанные Колышко, обретают ценность исторического свидетельства. Колышко подробно описывает все постройки Желтикова монастыря. Его интересуют даже надгробные надписи на памятниках: «Есть целые стихотворения, есть и трогательные лаконичные строчки вроде: “Здесь погребены все мои надежды”, — или “Дети — матери”, — или “Прости, незабвенная” и прочие. Читая эти простые слова, нельзя к ним остаться равнодушным; целая история страдания, слез, тоски словно проходит перед глазами; воображение рисует образы и тех, кто покоится под этими холодными мраморами и тех, кто оплакивает их, и самое веселое расположение духа должно уступить место безграничной грусти…» (c. 13)
Колышко подробно рассказывает о церкви Успения Божией Матери, находящейся на территории монастыря, о ее истории, внешнем облике и внутреннем убранстве, перечисляет ее реликвии, представляющие историческую ценность.
Следующая достопримечательность Твери, описанная Колышко, — бумагопрядильная и ситцевая Морозовская фабрика. В то время это была одна из крупнейших фабрик в России. Как и в эпизоде с сыроваренными артелями Н. В. Верещагина, Колышко интересуется всеми деталями, начиная с внешнего облика зданий и заканчивая финансовыми вопросами. Он отмечает, как радушно его приняли на фабрике, где к его приезду подготовились довольно тщательно: «Нас встретил предупрежденный уже о нашем посещении, временно заведующий здесь хозяйственной частью, молодой человек самой симпатичной наружности. После обмена приветствиями, мы предложили ему группу вопросов по администрации и ведению дел фабрики, по условию быта рабочих, благотворительных учреждений и пр., которые он записал и обещал нам через несколько дней представить по ним самые подробные ответы» (с. 16). После теплого приветствия Колышко с сопровождающим отправился на экскурсию по фабрике. Первое отделение, в котором они побывали, — бумагопрядильный и ткацкий отдел: «Это первая инстанция всего механизма фабрики» (с. 17). Весь процесс производства вызывает у Колышко искренний восторг: «Эти машины, по разнообразию и смелости замысла, — просто изумительны. Железо здесь обращается в тесто, прокалываемое и прорезаемое легче яблока», «Внизу помещаются кузни. Здесь тоже паровые молоты и молотки делают чудеса. Словом, это отделение совершенствуется до той степени, чтобы самому в скором будущем снабжать фабрику всеми машинами» (с. 18). Уделяет внимание писатель и ткацкому, граверному и красильному цехам, описывая последовательность действий при изготовлении ткани.
Помимо производственных процессов его интересует еще и жизнь рабочих на фабрике, ведь здесь наряду со взрослыми трудятся и дети. Он фиксирует информацию о том, как строится их рабочий день, успевают ли они совмещать работу на фабрике с учебой. Ответы на эти вопросы Колышко видит на стенах школы в виде следующих объявлений: «1) Малолетние до 15 лет ходят на фабрику посменно, по 4 часа каждая смена. 2) Работа начинается в 6 часов утра и кончается в 9 вечера. 3) Ночью малолетние не работают. 4) Всем малолетним вменяется в обязанность посещать школу в свободные от фабричных занятий часы и заниматься в ней по меньшей мере по 3 часа в день. 5) Виновные в нарушении сего правила платят штраф или подвергаются наказанию, т.е. замене одной смене тремя на фабрике» (с. 23). Даже учебной программой интересуется Колышко, оставляя нам содержательные заметки об этом.
Отдельная глава в книге посвящена Вышнему Волочку. Рассказывая о своем путешествии по этому городу, Колышко представляет его гостеприимным и красивым. В начале своего рассказа он обращает внимание читателя на удачное географическое положение города на водоразделе, что до сих пор играет важную роль в его развитии: благодаря этому в городе активно развита промышленная и торговая деятельность. Вышний Волочек является крупным центром легкой промышленности: в городе действуют текстильная, хлопчатобумажная и другие фабрики. С проведением Николаевской железной дороги, однако, как печально замечает Колышко, Вышний Волочек он перестал быть богатым и оживленным городом: «…твердая рука Николая Павловича черкнула по карте России, карандаш соединил Москву с Петербургом, задел Boлочек и точно стер его из списка живых. <…> Разом были отняты у него две силы, два источника жизни: и шоссе, и водная система. Товары и путешественники стали пролетать мимо Волочка, как “мимолетное видение”, с остановкой на станции в 5—10 минут. Много городов на Руси подверглись той же участи с нисшествием к нам паровой цивилизации; но Волочек потерял много больше других; его мать-кормилица — Вышневолоцкая система, была смертельно ранена» (с. 155—156).
Описывая природу города, Колышко восхищается ее великолепием. Автор пишет о вышневолоцкой земле, по которой проходит узкий канал, соединяющий водохранилище с Цной и служащий для сплава из водохранилища в Цну леса. Благодаря прекрасным пейзажам Вышний Волочек ассоциируется у Колышко с Венецией и Петербургом: «Эта аллея так хороша, что ее даже странно здесь видеть. По чистоте и красоте деревьев, она могла бы конкурировать с аллеями Царскосельского парка. В стороне от нее есть еще несколько аллей, словом, тут целый парк, разбитый по всем правилам столичного искусства. Меня это, признаюсь, даже поразило. Существование этого парка в таком глухом месте показалось мне несколько странным. Однако, узнав, что парк принадлежит и содержится инженерским округом, я несколько успокоился. Чем дальше я подвигался, тем больше мне представлялось, что я еду по островам в Петербурге» (с. 157—158).
Не меньшее внимание Колышко уделяет опрятности и красоте самого города, его улиц. Он говорит, что улицы в городе вымощенные, короткие, но прямые и опрятные; дома в большинстве случаев деревянные, с палисадниками, садиками и службами, по характеру более приближающиеся к деревне. Здесь почти все городские присутственные места и учреждения: дума, полицейское управление, управление инженерного округа, пожарная команда, городское училище, школа кондукторов и клуб. Здесь живет и большинство административных лиц; здесь же лучшее место гуляния — березовая роща, разбитая по узкому, но длинному пространству между шоссе и каналом. Эта роща справедливо может называться украшением города, дающим жителям его редкое удовольствие, особенно летом. Здесь есть беседка, в которой играет откуда-то прибывающий оркестр.
Большая часть данного текста также посвящена описанию духовно-нравственной культуры людей, их приверженности к христианской вере. Колышко рассказывает о монастырях, храмах и церквах Вышнего Волочка: «…Казанский монастырь виден тотчас по выезде из города. Он раскинут большим четырехугольником в плоской котловине и открыт со всех сторон. За ним местность заметно подымается, и в отдалении, на склоне, красиво виднеется ограда и красный ворота городского кладбища. Это кладбище отдано городом в распоряжение монастыря. Монастырь не имеет ограды. Эту ограду заменяют все постройки монастыря, тесно поставленные по всем четырем сторонам и соединенные еще забором. Собор представляет собой очень красивое сооружение. Он почти квадратный, весь белый, с большим куполом посередине и с множеством маленьких куполов, кругом его расположенных с большим вкусом. Собор — это единственное сооружение в монастыре, стоящее внимания, хотя только извне. Внутренность его тесна и как-то странно сжата; над большей половиной храма висят хоры, производя не совсем приятное впечатление. Иконостас и вся живопись — новая, блестящая, но заурядная, без следа художественности. Все остальные постройки монастыря очень невзрачны и малы, за исключением гостиницы и будущей колокольни. В монастыре есть еще несколько часовен, раскинутых там и сям, и теплая деревянная церковь. Рядом с воротами монастыря, ведущими к большому собору, стоит круглая часовня (теперь церковь) с чудотворной иконой Божьей Матери» (с. 169—170).
В своих очерках Колышко создает и портрет богатейшей в России обители — Ниловой пустыни конца XIX века. Путешествуя по городу Осташкову, он отправляется на остров Столобный, где «…монастырь открывается во всем своем величии, как будто выросший среди волн, со своей высокой колокольней и огромными зданиями белого и бледно-голубого цвета… Золоченые купола, засверкали тысячами искр стекла в громадном фасаде зданий келий...» (с. 216).
Нилова пустынь издавна обращала на себя внимание всех посещавших Осташков. Колышко обращает внимание на архитектуру монастырского ансамбля: «…соборный храм во имя Богоявления Господня с двумя приделами, отличается обширностью и прекрасной архитектурой, как снаружи, так и внутри. Он занимает середину внутреннего двора и окружен огромными каменными корпусами, в которых помещаются: трапеза для братии и для богомольцев, настоятельские келии, келии для братии и т. п. В наружном дворе также устроены два больших каменных корпуса с кельями для богомольцев…» (с. 217).
В рассказах Колышко представлена вся история возникновения и создания монастыря. При этом автор ссылается на более ранние статьи исследователей, побывавших в Осташкове. Из очерков писателя перед нами предстает картина создания монастыря, облик которого формировался на протяжении нескольких веков. Подробно описывается жизнь Нило-Столобенской пустыни: совершение крестных походов, припевы, доходы монастыря и мн. др. Автор изображает Нилову пустынь как неповторимую по красоте, поражающую грандиозностью своих размеров, сияющую золотым блеском куполов святыню.
По словам Колышко, «Нилова пустынь, по устройству и богатству своему, занимает одно из видных мест в числе православных русских монастырей…» (с. 217). Комплекс монастыря очень большой, включает в себя множество зданий, сооружений. Монастырские строения не раз подвергались реставрации. Некоторые постройки пережили эти строительные периоды, сохранившись до нашего времени, а что-то было разрушено и скрылось под слоем земли. На страницах книги Колышко представлен портрет монастыря глазами автора. Открывая книгу «Очерки современной России», нам предоставляется уникальная возможность заглянуть в прошлое, увидеть Нило-Столобенскую пустынь такой, какой уже не удастся увидеть человеку XXI века.
Время не стоит на месте. Идут годы, и вместе с ними меняется облик родного города и области. Наряду с другими памятниками отечественной литературной истории, путевые записки Колышко стали уникальным свидетельством о Тверском крае конца XIX в., передающим нам дух того времени.
______________________
* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ и Администрации Тверской области в рамках научно-исследовательского проекта «Тверской край в записках путешественников XVI—XX веков», проект № 11-14-69002а/Ц.
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 15 июн 2012, 21:14, всего редактировалось 1 раз.
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

Милюгина Е.Г., Касимова А.Б. К.К.Случевский

Сообщение Elena Milyugina » 15 июн 2012, 20:59

Милюгина Е. Г., Касимова А. Б. Тверской край в книге К. К. Случевского «По Северу России» (1886) // Родная словесность в современном культурном и образовательном пространстве: сб. тр. междунар. науч. конф. — Тверь: Твер. гос. ун-т, 2011. — Вып. 2 (8). — С. 166—172.

Е. Г. Милюгина, А. Б. Касимова
Тверь
ТВЕРСКОЙ КРАЙ В КНИГЕ К. К. СЛУЧЕВСКОГО «ПО СЕВЕРУ РОССИИ» (1886)*

Константин Константинович Случевский — русский поэт, писатель, драматург и переводчик. Родился он в Санкт–Петербурге 26 июля (7 августа) 1837 г. в дворянской семье. В 1855 г. окончил Первый кадетский корпус, затем служил в гвардейском Семеновском полку, а в 1859 г. поступил в Академию Генерального штаба. Оставив военную службу в 1861 г., Случевский отправился за границу и несколько лет провел в Париже, Берлине и Гейдельберге, где изучал философию и естественные науки. В 1865 г в Гейдельбергском университете ему была присвоена степень доктора философии. Вернувшись в Россию, Случевский служил в Министерстве внутренних дел и государственных имуществ, с апреля 1891 г. по 1902 г. был главным редактором газеты «Правительственный вестник». Состоял он также членом совета Главного управления по делам печати и имел придворное звание гофмейстера [Перельмутер В. Г. К. К. Случевский // Русские писатели. XIX век. Биобиблиографический словарь: В 2 ч. / Под ред. П.А. Николаева. М., 1996. С. 238—241].
В биографии русского поэта, писателя, драматурга и переводчика К. К. Случевского особенно интересен один факт. В годы службы в Министерстве внутренних дел и государственных имуществ он совершил несколько поездок по России в 1884—1887 гг. в свите их императорских высочеств великого князя Владимира Александровича и великой княгини Марии Павловны. Свои впечатления от путешествий по просторам русской земли Случевский ярко и эмоционально описал в своих сочинениях, которые являются своеобразным центром его прозаического творчества, — «По Северу России. Путешествие Их Императорских высочеств великого князя Владимира Александровича и великой княгини Марии Павловны», «По Северо-Западу России» (оба — СПб., 1886) и «Балтийская сторона. Путешествия Их Императорских высочеств великого князя Владимира Александровича и великой княгини Марии Павловны. 1886 и 1887» (СПб., 1888).
Случевский с большим интересом относится к истории посещенных им городов, каждый из которых имеет свою собственную историю, не оставляющую путешественника равнодушным. Не осталась незамеченной и история некоторых городов и сел Тверской губернии. Проезжая окрестности Тверского края, свита великого князя посетила Вышний Волочек. Любуясь пейзажами городка, Случевский пишет: «Трудно объяснить причину замечательной разницы между селами Новгородской и смежной с нею Тверской губернии; насколько первая представляет из себя образчики разрушения, насколько вторая обстроены хорошо» [Случевский К. К. По Северу России. Т. 1: Путешествие Их Императорских высочеств Великого князя Владимира Александровича и Великой княгини Марии Павловны в 1884 и 1885 годах. СПб.: Тип. Э. Гоппе, 1886. С. 145. Далее ссылки на это издание даны в тексте с указанием тома и страницы].
Путешествуя по городу, Случевский подробно описывает путь великого князя: «Обедал великий князь в Едрове; в селе Коломна откланялся его высочеству начальник Новгородской губернии и представился начальник Тверской Сомов. В Волочек выезжали мы около полуночи; население города было на ногах; окна иллюминованы, местами светились бенгальские и смоляные огни. Вели кий Князь направился в отведенный ему для ночлега дом Большаковой» [1, с. 145].
Вышний Волочек — это поселение на водном торговом пути из Новгорода в Москву, между реками Мстой и Тверцой (левым притоком Волги). Этот маленький городок в Тверской губернии был основан в 1471 г. При въезде в город Случевский пишет о появлении железнодорожного сообщения на территории Вышнего Волочка: «Указ о его постройке состоялся в 1817 году; в 1833 году оно было готово от Петербурга до Едрова, в 1839 году — вполне завершено» [1, с. 145]. «Вышний Волочек, без сомнения, один из типичнейших наших городов и, в некотором смысле, единственный, немножко Венеция. Суть города — если можно так выразиться — в его каналах и в чудовищном водном бассейне, достойном всякого удивления: он питает Вышневолоцкую систему» [1, с. 145].
Благодаря своему географическому положению Вышний Волочек с древнейших времён находился на торговом водном пути из бассейна Невы через Ладожское озеро и реки Волхов в озеро Ильмень в бассейн Волги, по реке Тверце и далее реке Ламе до Волока Ламского. Это северная часть древнего пути по притокам Днепра, а также торгового пути через бассейн реки Волга в Волжскую Болгарию и Хазарскую столицу г. Итиль, через который в IX—X вв. проходил караванный путь из Китая в Испанию [Города России: энциклопедия / Гл. ред. Г. М. Лаппо. М.: Большая Российская энциклопедия, 1994. С. 349].
Любуясь природой городка, Случевский пишет: «Вышневолоцкая местность водораздела действительно чрезвычайно богата водой. Множество озер, частью искусственных, болот и речек, по сторонам Вышнего Волочка, Мсты и Тверцы шлюзированы и запасы воды громадны. Запасы эти, не спотря на нынешние судьбы системы, все-таки необходимы, потому, что они могут быть направлены в случае надобности и исключительно в Волгу, через Тверцу…» [1, с. 146]. Записи Случевского подтверждают тот факт, что в XIX в. это был один из крупнейших городов Тверской губернии, имеющий большие перспективы экономического развития.
Обращаясь к истории уездного городка, Случевский пишет о том, что в 1785 г. Вышний Волочек посетила сама императрица Екатерина II: «…по пути в Москву и проездом оттуда обратно на Боровичи, по Мсте, озеру Ильменю, Волхову, Ладожскому каналу и Неве. Путешествие это длилось с 24 мая по 20 июня. Въезд в Вышний Волочек был торжественный. Императрица молилась в церквах, дважды обходила шлюзы. В свите императрицы находились, в числе других, светлейший князь Потемкин и московский генерал-губернатор граф Брюс. 30 мая…» [1, с. 147]
Из истории Вышнего Волочка известно, что с середины XIX в. он стал крупным уездным городом Тверской губернии. Его украшали девять церквей, каменные и деревянные часовни, одна синагога, в окрестностях города действовали Казанский женский и Николо-Столпенский мужской монастыри [Города России: энциклопедия. С. 349]. Одну из святынь посетил во время своего путешествия и великий князь Владимир Александрович: «Первый въезд великого князя утром 1-го июня, в 9-м часу, был в собор; иконостас его трехъярусный, и весь собор в значительной степени покрыт фресками незнаменитой работы. От собора путь лежал за город, где в двух верстах от него, поднимается богатый ряд зданий Казанского женского монастыря…» [1, с. 147]
Женский монастырь во имя Казанской Божьей Матери — это главная достопримечательность Вышнего Волочка. Казанский монастырь расположен недалеко от центра города. Казанский собор — один из красивейших на Тверской земле. Упоминания о женском монастыре присутствуют в записках Случевского: «…от собора путь лежал за город, где в двух верстах от него, поднимается богатый ряд зданий Казанской Божьей матери. Благодаря энергии управляющей и по сегодня монастырем игумении Досифеи, образована была подле часовни женская община, а в последний год царствования Александра II обращена в монастырь. В нем около 500 иноков, которые к приезду великого князя стояли шпалерами от въездных ворот до самого храма; глубокие поклоны их темных рядов справа и слева, пение хора, предшествовавшего его высочество, множество народа и надо всем совершенно новая, красивая, в стиле Возрождения, со многими куполами, простроенная соборная церковь представлялись очень картинно. Чудотворная икона принадлежит не монастырю, а вышневолоцкому собору и находится в особо построенной для нее церкви…» [1, с. 147]
Далее свита великого князя проследовала в старинный русский город Бежецк, своеобразный по своей застройке. Бежецк расположен, как пишет Случевский, «очень весело на холмах при реке Мологе» [1, с. 145], это северо-восточная часть Тверской области, в 126 км от Твери.
По прибытии великого князя Владимира Александровича в Бежецк его и свиту тепло встречал народ: «Его высочество направился вдоль расцвеченных флагами и гирляндами, обрамленных народом улиц в соборе и принял на пути выстроенный подле отведенного ему дома почетный караул от местной команды» [1, с. 151].
Путешествуя по городу, Случевский не оставляет незамеченными святыни уездного городка: «Мы проехали мимо старейшей церкви города, Введенской, с ее небольшими куполами и отдельно стоящею шатровою колокольней» [1, с. 151]. Автор пишет об одной из первых каменных церквей города, которая была построена в 1682 г. и упразднена в первые годы правления Екатерины II. Первоначально это был монастырский собор, основателями были С. И. Заборовский и С. М. Заборовский. К пятиглавой церкви примыкала небольшая трапезная, отдельно к юго-западу от церкви была построена надвратная шатровая колокольня [Города России: энциклопедия. С. 351]. «Внутренность собора характерна тем, что из числа четырех массивных круглых столбов, поддерживающих барабан купола, два вошли в иконостас и закрыты его богатыми резными украшениями, вследствие чего алтарная часть церкви очень просторна, так как она занимает почти треть ее» [1, с. 147]. До настоящего времени сохранилась только колокольня древнего Введенского монастыря. Двухъярусное сооружение под стройным шатром с тремя рядами слухов, характерным для конца XVII в., стоит на площади в северной части города.
Описывая уездный городок Тверской губернии, Случевский обращается к его истории: «Бежецк был когда-то центральным местом Новгородской пятины того же имени и упоминается уже в уставе 1137 года о денежных взносах в пользу новгородских епископов…. Бежецк, Бежичи, находился прежде на другом месте, на 11-й версте ниже по течению Мологи, там, где теперь село Бежицы. Построен он новгородцами, бежавшими «от гибели и нестроения» из своего города. Легендарные сведения восходят до X века и даже далее, ко временам Гостомысла…» [1, с. 153]. Гостомысл — новгородский князь первой половины IX в., сын Буревоя, дед Рюрика (отец его матери Умилы), легендарный старейшина ильменских словен, с именем которого в некоторых поздних списках летописей связывается сказание о призвании Рюрика. Гостомысл является также героем известного памятника XVII в. «Сказание о Словене и Русе и городе Словенске» [История Отечества с древнейших времен до наших дней: Энциклопедический словарь / Сост. Б. Ю. Иванов, В. М. Карев, Е. И. Куксина, А. С. Орешников, О. В. Сухарева. М.: Большая Российская энциклопедия, 1999. С. 215]. Версия Случевского о том, что город Бежецк возник до начала Х в., противоречит официальным данным, в которых первые упоминания о Бежецке относятся к Х в.
Экспедиция великого князя была продолжена в 1887 г., когда путешественники посетили еще один город Тверской губернии — Торопец, «со множеством маковок церковных, обильно сияющий озерными водами, глянул очень красиво и типично. Въезжая в него, видишь могучие очертания старых валов, поросших зеленью, которые имеют много что порассказать. Великокняжеский экипаж проследовал почти поперек всего города…» [Случевский К. К. По Северу России. Т. 3: Балтийская сторона. Путешествия Их Императорских высочеств великого князя Владимира Александровича и великой княгини Марии Павловны в 1886 и 1887 гг. СПб.: Тип. Э. Гоппе, 1888. С. 367. Далее ссылки на это издание даны в тексте с указанием тома и страницы]
Проезжая по окраинам города Торопца, К. Случевский восхищается местной природой: «…если пейзажисты правы, говоря, что каждое дерево имеет свою совершенно особенную физиогномику, то здешние березы источник богатейший; никакая фантазия не создаст этих чудовищных изворотов ветвей и стволов, этих грибообразных наростов, этих крючьев и дупель. Много берез уже валяется по придорожным канавам и обрастает султанами зеленых папоротников и нитями павилики и других вьюнов…» [3, с. 367]
По прибытии путешественников в уездный город их радостно встречают: «Его высочество стоял лицом к лицу к группе местных женщин и девушек, числом 36, стоявших золотом, в роскошных исторических одеяниях торопчанок, при ярком, ослепительном блеске солнца, на берегу синевшего озера» [3, с. 368]. Описывая такое приветствие местных жителей, Случевский обращает внимание на особенности костюма торопчанок: «Тут впервые довелось увидеть всю типичность этих одеяний, благодаря счастливой случайности или заслуге местных женщин, одеяний, сохранившихся в таком количестве только в Торопце…» [3, с. 368]. Случевский указывает название местных сарафанов — среди жителей Торопца они именуются ферезями. Описывая особенности одеяний местных жителей, автор подробно останавливается на женском костюме: «Между женщинами были дворянки, купчихи, мещанки, замужние и незамужние, отличавшиеся одна от другой большим или меньшим количеством жемчуга на кокошнике, но с классическим белым шелковым платком, идущим острием кверху над головой и широко раскидывающим свой плоский золотой рисунок по спине между плеч… Отличие женщин от девушек сказывается на том, что у девушек совершенно гладки, тогда как у женщин оторочены целым рядом невысоких, остреньких, также унизанных жемчугом, характерных рожков» [3, с. 368].
На путешественников произвел большое впечатление главный храм города — Корсунско-Богородицкий собор. Именно в нем некогда хранилась святыня Руси — чудотворная Корсунская икона Божьей Матери. Народная легенда гласит, что икона была написана самим евангелистом Лукой при жизни Богородицы [Города России: энциклопедия. С. 356.]. Храм посетила свита великого князя: «Собор чрезвычайно светел: в нем 30 больших окон, в три света; четырехгранный купол также в два света: вправо божница с иконой Богоматери Эфесской, или Корсунской, писанной св. Лукой, и перед нею семь красивых лампад. Вся алтарная часть храма находится как бы под особым павильоном, имеющим восемь золоченых коринфских столбов. Над круглою аркой, поднимающеюся над алтарем, изображено снятие с креста, в медальоне Господь Саваоф; сбоку изображен петух, возгласивший трижды, во исполнение Христова предсказания. На стенах живопись масляными красками. …Благолепие храма — полное» [3, с. 368].
Торопец интересен тем, что входит в круг древнерусских городов, которые первыми были упомянуты в летописи [Города России: энциклопедия. С. 362]. В своих размышлениях Случевский обратился к вопросу происхождения города: «Что Торопец очень стар, видно из того, что Нестор, описывая чернориза Исаакия, называет его торопчанином. Больше положительное упоминание имеется о городе под 1168 годом: он сожжен князем Романом Новгородским. Древнейший первоначальный Торопец стоял там, где виднеется теперь городище; он назывался тогда Кривит» [3, с. 369].
Рассказывая о Торопце, Случевский приводит легенды и предания, существовавшие на торопецкой земле: «В Записках Географического Общества переданы М. Семевским, в 1864 году, некоторые характерные предания. Однако, так сказать, чисто легендарное. Шел по земле Свет–Христос с апостолом Петром и, увидев дерущихся, послал апостола мирить их, апостол предпочел снять им обоим головы, о чем и поведал Христу, повелевшему немедленно приставить их, что и было исполнено, но с ошибкой: голова черта была приставлена к телу торопчанина, и с тех пор им кличка “чертовы люди”, “наставные головы” и т. п.» [3, с. 343].
Из рассказов автора нам предстает картина древнего города с характерными языческими обычаями и обрядами, которые существовали на торопецкой земле: «скакание через крапиву и огонь, подслушивание у замка церковного и т. п.»: «Во время Иродионова существовал здесь странный обычай вести невесту к венчанию в большой бобровой шапке, “треухом” называвшейся, и в красных сапогах, зимой и летом; были тут в большом ходу от Рождества до Крещения “субботки”, причем в красный угол ставился фонарь, а иконы выносились; от Крещения до поста устраивались “посиделки”, куда сходились и разговаривали “без всякого зазору” парни и девушки, подобные же сборища имели место со Святой начиная…» [3, с. 371].
На страницах книги Случевского «По Северу России» перед нами предстает общий вид старинных городов Тверской губернии, с их цветущими деревьями, золотыми куполами церквей, площадями и улицами, радушными жителями. В своих очерках К. Случевскому удалось выйти за рамки жанра путевых заметок: страницы его книги содержат немало наблюдений о природе, быте населения и городах, содержат интересные сведения по истории, географии и этнографии северных русских земель.
«По Северу России» — своеобразная летопись Тверского края, запечатлевшая живописные портреты его городов и сел и важные моменты их истории. Ценность этого материала сегодня не подлежит сомнению.
_____________________________
* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ и Администрации Тверской области в рамках научно-исследовательского проекта «Тверской край в записках путешественников XVI—XX веков», проект № 11-14-69002а/Ц.
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 15 июн 2012, 21:23, всего редактировалось 1 раз.
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

Милюгина Е.Г., Строганов М.В. Принципы изучения...

Сообщение Elena Milyugina » 15 июн 2012, 21:00

Милюгина Е. Г., Строганов М. В. Принципы изучения «тверских» травелогов XVI–XX веков // Вестник Тверского государственного университета. — 2011. — № 18. — Серия «Филология». Вып. 3. — С. 37—43.

УДК 82-992
ГРНТИ 17.07.21
ПРИНЦИПЫ ИЗУЧЕНИЯ «ТВЕРСКИХ» ТРАВЕЛОГОВ XVI–XX ВЕКОВ*
Е.Г. Милюгина, М.В. Строганов

Тверской государственный университет

Статья посвящена проблеме изучения литературного образа Тверского края. Задачи проекта – собрать и концептуально осмыслить максимально полный свод путевых записок и очерков путешественников XVI–XX вв. о Твери и Тверском крае и разработать комплексную методологию исследования травелогов. Представленный в статье опыт типологии травелогов основан на двух принципах: во-первых, в нем учтены ландшафтные особенности региона и связанные с ними транспортные возможности путешественников в тот или иной период; во-вторых, принята во внимание оценка не-столичного локуса с внешней (социальной и моральной) точки зрения.
Ключевые слова: литература путешествий, типология травелогов, Тверской край, формы текстуализации пространства

Научная проблема проекта связана с современными процессами регионализации России, в основе которых лежит внимание к уникальности и самобытности составляющих страну регионов. Изучать это явление можно двумя способами. Первый состоит в описании внешней точки зрения на регион, позволяющей увидеть его как нечто чужое (нравы, обычаи, язык); носителями этой точки зрения являются путешественники, сначала только иностранцы, потом и сами русские. Второй способ постижения индивидуальности региона состоит в описании внутренней точки зрения, позволяющей зафиксировать процессы мифологизации пространства и представленной по преимуществу в текстах местных жителей, автохтонов.
Ввиду положения Твери между двух столиц первый путь представляется наиболее актуальным и естественным. Однако этот метод при всех его преимуществах до сих пор фактически не востребован в научных исследованиях Тверского региона и методологически не осмыслен. В работах первых тверских краеведов начиная с Д. И. Кармано¬ва [11] преобладал метод автохтонных описаний региона; более поздние исследователи, например И. И. Соколов, рассматривали характеристики Тверского края сторонними наблюдателями, но без учета их особого ракурса [19]. Проблема дифференцированного использования двух подходов впервые в тверских региональных исследованиях была поставлена в работе М. В. Строганова [20] и коллективном учебнике по литературному краеведению [16], однако путевая литература и публицистика не была основным источником их наблюдений и выводов. Одновременно с этими работами возникли и другие опыты [22], но в их задачи не входила полнота описания и научная систематизация материала. В результате «тверские» травелоги до сих пор остаются несобранными, неисследованными и по большей части не републикованными.
Новизна выдвигаемой научной проблемы связана с намерением авторского коллектива собрать и впервые в отечественной науке систематизировать свод путевых записок и очерков XVI–XX вв. о Твери и Тверском крае. В свод войдут сочинения ныне забытых авторов, книги, ставшие библиографической редкостью и недоступные научному сообществу. Помимо введения в научный оборот этих редких текстов, проект преследует и другую цель – исследовать образ Твери и Тверского края в исторической ретроспективе, пространственной динамике, движении системы ценностей. Это возможно лишь на литературе путешествий. Тверская же литература путешествий дает богатый материал для разработки методологии исследования травелогов в самых разных системах координат: временных, пространственных, социокультурных и т. д. Создание методологии анализа травелогов также актуально для отечественной науки.
Таким образом, авторы проекта ставят перед собой две принципиально новые для отечественной науки задачи. Первая связана с намерением собрать максимально полный свод записок и очерков путешественников XVI–XX вв. о Твери и Тверском крае, откомментировать этот забытый и редкий материал и подготовить его к печати. Вторая задача состоит в разработке методологии исследования травелогов с разных точек зрения: исторических, ландшафтных, социокультурных, телеологических, текстуальных (свое/чужое, особое/всеобщее, столица/провинция, центр/периферия, мейнстрим/маргинальность). В настоящем сообщении мы представим первый опыт своей типологии путешествий. Нам поневоле придется совместить в этом описании два принципа. Первый принцип нашего описания учитывает ландшафт, техническое развитие и обусловленный этими причинами транспорт. Эта типология исходит из ландшафтных особенностей Тверского края и связанных с ними транспортных возможностей путешественников в тот или иной период. Иначе сказать, речь идет о том, чем вызван тот или иной способ передвижения и выбор маршрута, а вследствие этого – и хронотоп самого литературного путешествия. Вторая типология нашего описания основана на оценке не-столичного локуса с внешней точки зрения: во-первых, в рамках социальной иерархии, а во-вторых, в моральных категориях. Ясно, что обе эти типологии пересекаются друг с другом. Оттенки пересечений и разночтений различны и многочисленны, но в настоящем сообщении мы не имеем возможности описать их.
В допетровский период и в начале XVIII в. путешественники, оставившие свои записки (а это были исключительно иностранцы), пользовались в основном водным путем, поскольку сухопутных дорог на Руси в это время было мало. При этом следует учитывать, что до начала XVIII в. Тверская земля находилась на пути к Новгороду. Поэтому водный путь шел по рекам Волге и Тверце, и путешественники фиксировали только те объекты, которые были связаны с этим маршрутом. Иностранные путешественники С. Герберштейн, А. Кампензее, А. Олеарий, А. Мейерберг, Я. Стрейс, Э. Пальмквист и др. охотно подчеркивали оппозицию свое/чужое, которая вплоть до петровского времени была исключительно релевантной при описании России на фоне Европы [19]. В редких случаях в поле зрения попадала Старица, где время от времени Иван Грозный принимал иностранные посольства. В таком случае Старица (а вовсе не всё Тверское княжество) воспринималась как «столица», как центр Руси, а то и как политическая соперница Москвы. Это отражают путевые записки иностранных послов XVI–XVII вв. А. Поссевино, А. Гюльденстиерне, И. Лунда [19, с. 137–139, 141–146].
Во второй половине XVIII в. формируется почтовый тракт между Петербургом и Москвой, и значение водного пути падает. Новый способ передвижения был востребован, и в начале XIX в. появляются руководства для путешествующих по шоссе. Одним из первых стал «Ручной дорожник» И. Ф. Глушкова [6], вслед за ним возникли специальные путеводители для семейных и детских поездок [10]. В этих путешествиях главной для изображения Твери и всего региона становится оппозиция столица/провинция, в которой столичное выступает мерой для понимания и оценки провинциальной культуры.
Наконец, во второй половине XIX в. была создана железнодорожная магистраль между Петербургом и Москвой, что повлекло за собой появление руководств, связанных с этой новой точкой зрения. В начале ХХ в. из подобных дорожников сложилась серия «Культурные сокровища России», в которой Тверскому краю посвящена книга Ю. и З. Шамуриных [23, с. 27–49, 61–71]. Само название серии говорит о возникшем внимании к русской провинции как самоценному миру, к которому неприменимы столичные мерки.
Однако прежние пути сообщения не были забыты вообще, но использовались теперь для исследовательских и репрезентативных целей. С организацией в середине XIX в. системы пароходного сообщения популярными стали путешествия-прогулки по Волге. Их описания зафиксированы в многочисленных русских травелогах второй половины XIX в.: дневниках и записках А. Н. Островского [13], рассчитанном на широкого читателя путеводителе А. П. и Н. П. Боголюбовых [4], научном исследовании В. Рагозина [15] и др. Такой широкий спектр подходов и жанров свидетельствует о желании путешественников освоить мир тверской провинции в самых разных планах и изменениях. Наряду с поездками по Волге с 1830-х гг. получили развитие и русские «прогулки по губерниям». В них на передний план выдвигалась оппозиция свое/соседнее, а путешествие становилось своеобразным пространством рекреации с целью открыть «удивительное – рядом». Так Ф. Н. Глинка открывает древности Тверского края [5], П. И. Сумароков – разнообразие местных промыслов [21, с. 18–25], П. И. Якушкин – тверские обычаи и характеры [25, с. 169–174].
В некоторых из этих путешествий Тверская земля изображается с двух точек зрения: с одной стороны, это ресурсный потенциал двух российских столиц, как в «Путевых заметках и впечатлениях по Московской и Тверской губерниям» И. Белова [1, с. 5–82], с другой стороны, пространство хозяйствования, как в «Очерках современной России» И. И. Колышко [12, с. 1–240]. Но и в том, и в другом случае в центре внимания авторов находились не интересы региона, а интересы либо столицы, либо государства в целом, перед которыми интересы отдельной губернии отходили на самый задний план.
В отдельных случаях путешествия столичных жителей по Тверскому краю совершались с заведомой целью выявить недостатки провинциального, социально низшего образа жизни на фоне столичного и социально высшего, активного. Такова была, в первую очередь, книга В. А. Слепцова «Письма об Осташкове» [17], которая создавалась в 1862–1863 гг. якобы для того, чтобы развеять миф о социальном преуспеянии уездного Осташкова, но которая сама стала мифом радикальной интеллигенции о застое и глухоте провинциальной России.
С конца XIX в. особое значение получили проселочные дороги, позволявшие репрезентировать уходящую усадебную жизнь. Издания, подобные «Очеркам современной России» И. И Колышко [12], представляли параллель к известному журналу «Столица и усадьба». В этих путешествиях Тверская земля оценивалась как периферия и помещалась в центр внимания автора. В этом смысле чрезвычайно интересна книга А. Н. Греча «Венок усадьбам» [7, с. 98–132], где автор подчеркивал самодостаточный мир тверской усадебной культуры. Однако в то время, когда он делал это (книга А. Н. Греча была написана в 1932 г.), этот мир давно уже ушел в прошлое, и восстановить его было невозможно. Подобный взгляд был своего рода ностальгией по «России, которую мы потеряли».
Особое значение имеет целеполагание путешествий, как оно отразилось в рефлексии самих авторов. Совершенно очевидно, что степени и форма осмысления целеполагания должна была повлиять на формы текстуализации Тверского края. Опираясь на авторские определения наших текстов, можно выделить следующие типы травелогов: ученое путешествие, примером которого служат очерки П.-С. Палласа [14]; представительский вояж, отраженный в «Путешествии по России с цесаревичем Александром Николаевичем» В. А. Жуковского [9] и записках «По Северу России» К. К. Случевского [18]; развлекательную/ка¬никулярную прогулку, описанную А. И. Ишимовой в «Каникулах 1844 года» [10]; познавательное путешествие, представленное в «Путевых впечатлениях в России» А. Дюма [8]; живописное и музыкальное путешествия, запечатленные в «Записках моряка-художника» А. П. Боголю¬бова [2] и «Путешествии в Россию в 1844 году» Р. Шумана [24] соответственно; археологическое путешествие, которому посвящены записки «О древностях в Тверской Карелии» Ф. Н. Глинки [5] и «Археологическая экскурсия в село Кожино и города Кашин, Калязин и Углич» И. А. Виноградова [3]; путешествие в заповедник дворянской культуры А. Н. Греча [7]. Но совершенно очевидно, что эти типы, во-первых, пересекаются друг с другом, а во-вторых, могут быть названы совершенно произвольно тем или иным именем. Например, представительский вояж был для наследника престола и ученым путешествием, поскольку этим проектом заканчивался его курс наук. Вместе с тем его можно рассматривать и как развлекательную / каникулярную прогулку, так как это путешествие находилось в конце академического курса. Наконец, это было, несомненно, и познавательное путешествие, в котором наследник престола знакомился с подданным ему государством.
_______________________
* Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ и Администрации Тверской области в рамках научно-исследовательского проекта «Тверской край в записках путешественников XVI–XX веков», проект № 11-14-69002а/Ц.

Список литературы
1. Белов И. Путевые заметки и впечатления по Московской и Тверской губерниям [Текст] / И. Белов. – М. : Тип. А. Семена, 1852. – 104 с.
2. Боголюбов А. П. Записки моряка-художника [Текст] / А. П. Боголюбов ; подгот. текст, вступл. и коммент. Н. В. Огарева // Волга. – 1996. – № 2–3 (спецвыпуск). – 204 с. : ил.
3. Виноградов И. А. Археологическая экскурсия в село Кожино и города Кашин, Калязин и Углич [Текст] / И. А. Виноградов. – Тверь : Типо-лит. Н. М. Родионова, 1901. – 73 с.
4. Волга от Твери до Астрахани [Текст] / А. П. Боголюбов, Н. П. Боголюбов ; Общество «Самолет». – СПб. : Тип. Гогенфельда и Ко, 1862. – 415 с. : ил.
5. Глинка Ф. Н. О древностях в Тверской Карелии [Текст] / Ф. Н. Глинка. – СПб. : Тип. Мед. деп. Мин-ва внутр. дел, 1836. – 20 с. : ил.
6. Глушков И. Ф. Ручной дорожник для употребления на пути между императорскими всероссийскими столицами [Текст] / И. Ф. Глушков. – СПб. : Тип. Имп. АН, 1801. – 111 с.
7. Греч А. Н. Венок усадьбам [Текст] / А. Н. Греч ; подгот. текст, вступл. и коммент. Л. Ф. Писарькова, М. А. Горячева. – М. : АСТ-Пресс Книга, 2010. – 336 с. : ил.
8. Дюма А. Путевые впечатления в России [Текст] / А. Дюма; пер. с франц. З. М. Потапова [и др.] ; ред. Н. Жирмунская, А. Миролюбова ; ист. справки С. Искюль. – М. : Ладомир, 1993. – 640 с. : ил. – (Сочинения : в 3 т. / А. Дюма ; т. 3).
9. Жуковский В. А. Путешествие по России с цесаревичем Александром Николаевичем. 1837 [Текст] / В. А. Жуковский ; подгот. текст, вступл. и коммент. А. С. Янушкевич // Новое литературное обозрение. – 1997. – № 28. – С. 165–179.
10. Ишимова А. И. Каникулы 1844 года, или Поездка в Москву [Текст] / А. И. Ишимова. – СПб. : Тип. Имп. АН, 1846. – 270 с.
11. Карманов Д.И. Собрание сочинений, относящихся к истории Тверского края [Текст] / Д. И. Карманов. – Тверь : Тип. губерн. правления, 1893. – 190 с.
12. Колышко И. И. Очерки современной России [Текст] / И. И. Колышко. – СПб. : Тип. Тов-ва «Общественная польза», 1887. – 530 с.
13. Островский А. Н. Путешествие по Волге от истоков до Нижнего Новгорода; [Дневник путешествия по Волге 1856 г.]; Путешествие по Волге (Отрывки из дневника) [Текст] / А. Н. Островский ; сост. А. И. Ревякин ; подгот. текст и коммент. А. Э. Фриденберг // Полное собрание сочинений : в 16 т. / А. Н. Островский ; редколл.: А. И. Ревякин [и др.]. – М. : ГИХЛ, 1952. – Т. 13. – С. 189–236.
14. Паллас П.-С. Путешествие по разным провинциям Российской империи. В 3 ч. Ч. 1 [Текст] / П.-С. Паллас. – СПб. : Тип. Имп. АН, 1773. – 786 с.
15. Рагозин В. Волга [Текст] / В. Рагозин. – СПб. : Тип. К. Ратгер, 1880. – 428 с.
16. Русские писатели и Тверской край [Текст] : учеб. пособие для филол. ф-тов ун-тов / М. Ю. Батасова [и др.] ; ред. М. В. Строганов, И. А. Трифаженкова. – Тверь : Твер. гос. ун-т, 2009. – 320 с. : ил., прил.: лит. карты Твери и Тверской обл. – Допущено департаментом образования Тверской области в качестве учеб. пособия по лит. краеведению для уч-ся средн. общеобраз. школ.
17. Слепцов В. А. Письма об Осташкове [Текст] / В. А. Слепцов // Сочинения : в 2 т. / В. А. Слепцов ; сост. К. И. Чуковский. – М. : ГИХЛ, 1957. – Т. 2. – С. 163–284.
18. Случевский К. К. По Северу России [Текст] : в 3 т. / К. К. Случевский. – СПб. : Тип. Э. Гоппе, 1886–1888. – Т. 1 : Путешествие их императорских высочеств великого князя Владимира Александровича и великой княгини Марии Павловны в 1884 и 1885 годах. – 1886. – 260 с. : ил. – Т. 3 : Балтийская сторона : Путешествия их императорских высочеств великого князя Владимира Александровича и великой княгини Марии Павловны в 1886 и 1887 годах. –1888. – 490 с. : ил., карта.
19. Соколов И. И. Тверской край в XVI–XVII веках по описаниям иностранцев [Текст] / И. И. Соколов; подгот. текст и коммент. П. Д. Малыгин, А. Ю. Сорочан, М. В. Строганов // Литература Тверского края в контексте древней культуры : сб. статей и публ. / отв. ред. М. В. Строганов. – Тверь : Золотая буква, 2002. – С. 118–179.
20. Строганов М. В. Литературное краеведение [Текст] : учеб. пособие для студентов филол. ф-тов ун-тов / М. В. Строганов. – Тверь : Твер. гос. ун-т, 2009. – 196 с. : ил. – Допущено департаментом образования Тверской области в качестве учеб. пособия для учителей средн. общеобраз. школ.
21. Сумароков П. И. Прогулка по 12 губерниям с историческими и статистическими замечаниями в 1838 году [Текст] / П. И. Сумароков. – СПб. : Тип. А. Сычева, 1839. – 333 с.
22. Тверь в художественной литературе и публицистике [Текст]: антология / сост. Л.Н. Скаковская, А.В. Трущенкова. – Тверь : Научная книга, 2010. – 224 с.
23. Шамурины Ю. и З. Культурные сокровища России [Текст] / Ю. Шаму¬рин, З. Шамурина. – М. : Тов-во «Образование», [1913]. – Вып. 7: Калуга, Тверь, Тула, Торжок. – 104 с.
24. Шуман Р. Путешествие в Россию в 1844 году [Текст] / Р. Шуман ; подгот. текст и коммент М. Сапонов // Русские дневники и мемуары Рихарда Вагнера, Людвига Шпора, Роберта Шумана [Текст] / сост. М. Сапонов ; Гос. центр. музей музыкальной культуры им. М. И. Глинки. – М. : Дека-ВС , 2004 – 372 с. : ил., фот.
25. Якушкин П. И. Путевые письма [Текст] / П. И. Якушкин // Сочинения. – СПб. : Б. и., 1884. – С. 169–174.

Principles for Tver travelogues of XIX–XX centuries’ researching
E. G. Milyugina, M. V. Stroganov
Tver State University
Tver Center of Local History and Ethnography
Article is devoted to the study of Tver region’s literary image. The objectives of the project are to collect and to interpret conceptually the most complete set of travel notes and essays about Tver and Tver region that were written in XVI–XX centuries and to develop a comprehensive methodology for travelogues researching. Presented in the article travelogues’ typology is based on two principles: it takes into account, firstly, the region’s landscape features and related transport facilities of travel in any given period and, secondly, the evaluation of non-metropolitan locus with the external (social and moral) point of view.
Keywords: travel literature, types of travelogues, Tver region, space textualization’s forms

МИЛЮГИНА Елена Георгиевна – доцент, доктор филологических наук, доцент кафедры русского языка с методикой начального обучения, Тверской государственный университет, elena.milyugina@rambler.ru, 170100 Тверь, ул. Желябова, 33

СТРОГАНОВ Михаил Викторович – профессор, доктор филологических наук, заведующий кафедрой истории русской литературы, Тверской государственный университет, mistro@rambler.ru, 170100 Тверь, ул. Желябова, 33
Последний раз редактировалось Elena Milyugina 09 июл 2012, 14:01, всего редактировалось 2 раз(а).
Elena Milyugina
 
Сообщений: 48
Зарегистрирован: 02 апр 2012, 13:59
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 0 раз.
Пункты репутации: -33
Добавить пункт репутации Elena MilyuginaВычесть пункт репутации Elena Milyugina

След.

Вернуться в РГНФ-2011

Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

cron